Мойде ани
Каждое утро, когда проснусь я,
Открою глазки и говорю:
Спасибо Б-гу за мою душу,
За то, что дал мне новый день.
С добрым утром, Ган Исроэл,
Лучший лагерь всей страны!
Просыпайся, поднимайся,
Лучший лагерь всей земли.
Мойде ани лефонехо
Мелех хай векаём
Шеѓехезарто би нишмоси,
Бехемло, рабо эмуносехо.
Мивцоим
Слушайте внимательно,
Граждане евреи.
К чему вас призывает,
Любавический Ребе.
Чтоб девочки и женщины -
Зажгли к субботе свечи.
А дело для мужчин -
Накладывать тфилин.
Мезузу повесь в двери,
А-йа йа йа йай.
Деньги в цдоку набери,
А-йа йа йа йай.
Сифрей койдеш покупай,
А-йа йа йа йай.
И побольше их читай
А-йа йа йа йай.
Кошер строго соблюдай,
А-йа йа йа йай.
Всех люби и уважай,
А-йа йа йа йай.
И тогда Мошиах скоро к нам придет,
В Эрец Исроэль всех нас приведет!
Гимн Хабада
Мы под взглядами косыми,
Родились как свет в ночи,
В гуще темных лет России,
В городке Любавичи.
В окровавленные годы,
Мы, купиною горя,
Веру нашего народа,
Пронесли сквозь лагеря.
Припев:
А мы Хабадники, мы делу преданы,
И, верой закаленные, мы сберегли и донесли:
Скрижали нам врученные!
Близорукому дорогу,
Мы поможем отыскать,
А глухому голос Б-га,
В своем сердце услыхать.
Онемевшему молитвой,
Распахнем, как дверь, уста,
И того поднимем в битву,
Кто бороться перестал.
Припев:
Мы долго шли,
Cквозь боль земли.
Но верой закаленные,
Мы сберегли и донесли:
Скрижали нам врученные!
В чем разгадка нашей силы –
Молодеем мы в пути,
Наших недругов могилы,
Остаются позади.
Тора нашей силы тайна,
Слову Б-га нет преград,
Кудшо брих ѓу вэойрайсо,
Вэисроэл куло хад.
Припев:
Ашрейну, ма тойв хелкейну,
Ума ноим гойролэйну,
Ума йофо, йофо йофо,
Йофо Йерушосейну!
Мы армия Адмура
Припев:
Мы армия Адмура, и про нас,
Весь мир передовой ведет рассказ,
О том, как в дни опасные,
Прошли границы красные,
Вооруженные до зубов,
И все, как один, готов.
Мы юная стража седого народа,
Мы смелые и стойкие, ряды Тмимов,
Девиз наш: «Лимуд Ѓатойро»,
Наш лозунг: «Авойдас Ѓабойрэ»
Клич наш призывной:
«Будь готов, будь готов»!
Слежкой, обманом, предательством подлым,
Путь наш усеял озлобленный враг.
Но мы же, сплотившись, единой семьею,
Все выше вздымаем тмимовский наш флаг.
НКВД нам готовил: удар за ударом,
Но мы не сдавались в неравном бою.
С верой в победу зари освобожденья,
Мы продолжаем работу свою.
Друзей наших много в тюрьмах и ссылках,
Да и был же сражен не один наш герой.
Мы, юная стража, идем им на смену,
И с нами идет наш Герой мировой.
Под натиском вражеским гонений и террора,
Крепнет наш братский союз Тмимов.
В ответ на гоненья везде раздается,
Наш клич призывной:
«Будь готов будь готов!»
Гидалия Губер
Припев:
Не буду работать в субботу я,
Не буду работать в субботу я,
Двойная, тройная плата,
Не заставят работать в субботу меня,
Это святой Шабат!
Я есть Гидалья Губер, и я не очень мал:
Сравнить хотели c тумбой – Я мериться не стал.
Работать дело сложное, могу одной рукой.
6 дней работать можно, но только не в седьмой.
Однажды строил дом я, он был большой уже.
Я кирпичей нес стопку, на сотом этаже.
Но тут Шабат нагрянул, Я крикнул: «Берегись!»...
По сторонам не глянув, Я сбросил стопку вниз.
Я был и машинистом, и вел локомотив.
Пустил состав со свистом, Я, пар во всю пустив.
К Шабату село солнце, нельзя работать нам.
Я выпрыгнул в болотце, умчался поезд сам.
Работал как то в шахте и потерял дням счет.
А как узнать на вахте, когда Шабат придет?
Я в землю стал вгрызаться, копал я час подряд.
А вылез... по китайски вокруг все говорят.
В горах вели дорогу, скалу нам не прорыть.
Другой бы бил тревогу, Шабат мог наступить.
Не думая, хватаю всю гору за бока.
Немыслимую массу забросил в облака.
Нырял я в море с пирса. Судьба кидает финт –
Штанами зацепился за корабельный винт.
Не мог я отцепиться (спасти штаны при том);
пришлось мне появиться на Шабат с кораблем.
В одном из путешествий, поверите ли вы,
В одном безлюдном месте нас окружили львы.
Сведенными губами, мне крикнули: «Пали!»...
На этот раз со львами, Шабат мы провели.
Чтобы расщепить мне атом, учился, сон забыв.
Родным стал доктор братом, когда раздался взрыв.
Вернувшись с «того света»,
Сказал я всем, как брат –
Нет лучшего лекарства, чем соблюдать Шабат.
Мыс Кеннеди все знают, работал я и там.
Там вышел тарарам. Темнеет, мы увязнем,
Ответственность на мне. Нажал я кнопку...
Праздник был встречен на луне.
Когда был астронавтом, меж звездами летал
И уж под вечер как-то, чужих я повстречал.
У братьев марсианских, Я был как старший брат.
И научил я всех их, как соблюдать Шабат.
Одеты все наряды, и я готов к тому,
Что праздничные трапезы, исчезнут в моем рту.
Свершу я Кидуш царский, над бочкою вина.
Такая вот суббота, Всевышним нам дана.
Марш Хабада
Из Любавичей песня звучит,
И зовет нас за Ребе идти,
Если ты настоящий хосид:
Значит с нами тебе по пути!
Чтоб любил бы еврея еврей,
Чтоб еврейское счастье нашел,
Чтоб наш Храм был отстроен скорей -
Надо чтобы Мошиах пришел!
Хабад – Мошиаха отряд!
Хабад – огни в сердцах горят!
Хабад! Сегодня и сейчас –
Мошиах раскроется для нас!
Ѓараби Шлита
Ѓараби Шлита, ѓамелех ѓамошиах,
Эйн комойха баолам.
Ѓараби Шлита, ѓамелех ѓамошиах,
Оѓавим отха кулам.
Веѓейшив лев авот аль баним,
Бекерувам шель коль ѓаеѓудим,
Беаѓават исроэл увишней асар ѓапсуким
Нави бимѓейра эт ѓагоэль.
Яхад, белев эхад,
Векулану кеэхад.
Аль едей ѓараматкаль ѓагадоль микулам,
Нитгабер аль ѓаойлам.
Оѓавто ойсону
Ото всех народов ты нас выбирал,
Ото всех народов ты нас полюбил.
Оѓавто ойсону миколь ѓоамим.
Шум в лесу
Батька это Б-г, Мы – дети, которых он зовет. Б-г хочет чтобы мы вернулись домой – к Торе и ее Мицвам. Мы тоже хотим вернуться, но Йейцер Ѓора (злое начало) стоит у нас на пути.
Шум в лесу звукает,
Батька в лесу своих детей шукает.
Дети, дети где же вы были,
Что про меня так позабыли?
Дети, дети идите до дому,
Грустно мне сидеть одному.
Батька, батька как нам прийти,
Когда сторож стоит на пути.
Долой голус!
Когда к нам придет Мошиах,
Мы построим новый Храм.
Когда к нам придет Мошиах,
Храм воздвигнем к небесам.
Евреи кричат: «Ад мосай!»,
Евреи кричат: «До коли!»,
Евреи кричат: «Долой голус!»,
Евреи кричат: «Мошиах сейчас!»
Шаги Мошиаха
(На мотив: “Foot steps”)
Слышишь звук шагов? - Идет Мошиах.
И шаги все громче, все сильней.
Слышишь песни радостные, слышишь –
И счастливый звонкий смех детей!
Припев:
Знаешь почему весь мир ликует?
Знаешь почему весь мир поет?
Ни о ком Мошиах не забудет
И в святую землю приведет.
В сердце проникает звук Шофара,
В ясных небесах орел парит.
Радость всех под крыльями собрала,
В мире счастье и любовь царит.
Хад гадья
Примечание к песни. Маленький козлёнок – это еврейский народ, которого Отец (Б-г) купил за две зузы (две Скрижали завета). Каждый народ приходит, делает что-то плохое, и каждому отплачивается той же монетой. А когда придет Мошиах, исчезнет даже Ангел Смерти, умершие вернуться к жизни, и мир будет полон знанием Всевышнего так же, как море полно воды.
Отец козленка мне купил,
Две целых зузы заплатил.
Козленок, козленок.
Недолго жил козленок мой,
Загрыз его котище злой.
Припев:
Отец мне сам его купил,
Две зузы заплатил.
Козленок, козленок.
Почуяв кровь, пес прибежал,
Кота жестокого истерзал,
Который козленка задрал.
Дубинка, не спросив, кто прав,
Свершила суд, пса наказав,
За то, что на кота насел,
Который козлика заел.
Огонь до тла дубинку сжег,
Свалившую собаку с ног,
За то, что на кота насел,
Который козлика заел.
Журча-ворча ручей притек,
Залил, затмил наш огонек,
Тот самый, что дубинку сжег,
Свалившую собаку с ног,
Тот самый, что на кота насел,
За то, что на кота насел,
Который козлика заел.
Пришел вол, выпил ручеек,
Гасивший яркий огонек,
Тот самый, что дубинку сжег,
Свалившую собаку с ног,
За то, что на кота насел,
Который козлика заел.
Резник ножу вола обрек,
Который выпил ручеек,
Тушивший яркий огонек,
Тот самый, что дубинку сжег,
Свалившую собаку с ног,
За то, что на кота насел,
Который козлика заел.
Подкралась смерть исподтишка,
Свела в могилу мясника,
Что на убой вола обрек,
Который выпил ручеек,
Тушивший яркий огонек,
Тот самый, что дубинку сжег,
Свалившую собаку с ног,
За то, что на кота насел,
Который козлика заел.
Отнимет Б-г у смерти меч,
Спешившей мясника упечь
Что на убой вола обрек,
Который выпил ручеек,
Тушивший яркий огонек,
Тот самый, что дубинку сжег,
Свалившую собаку с ног,
За то, что на кота насел,
Который козлика заел.
Мойшеле
(На мотив песни: «Голубой вагон»)
Голубые волны убегали в даль,
Солнце заливало небеса,
Мойшеле с отцом по берегу гулял,
Вдалеке слышны их голоса.
Припев:
Каждому хочется все понять, все узнать,
Взглядом окинуть все, прямо как в кино.
Нет сомнения, где смотреть, где искать,
В Торе, конечно же, все отражено.
- Папа, расскажи мне о творце земли, -
Мойшеле упрашивал отца.
- Ты попробуй, сам ответ определи,
Посмотри, сынок, на небеса.
- Голубое небо необъятное,
Берег океана не найти:
Так же наша Tора безграничная, -
Так к ответу Мойше смог прийти.
Глухая коморка
(На мотив песни из м/ф «Мамонтенок»)
Глухая коморка чуть теплятся свечи,
Седины скрывают учителя плечи,
В круг Ребе расселись детишки-
Простые девчонки мальчишки.
Скажите мне дети, скажите ребята,
Имело ли силу злодейство когда-то?
И может ли вера еврея,
Быть сломлена кoзнью злодея?
Пускай замышляют пусть замыслы строят,
От злобы бессильной пусть ядом исходят,
Но так не бывает на свете –
Ведь мы же Всевышнего дети.
Реббе
(На мотив: «Пиркей Теѓилим»)
Пиркей Теѓилим шепчут уста,
Вновь образ Ребе пред нами предстал.
Просьба одна у нас в этот час:
Приди же, Мошиах, сейчас!
Твои дети мечтают: с тобой быть вновь,
Доколе нам ждать этой встречи?..
У нас нет больше сил, почему не теперь?..
Открой же, открой же нам дверь!
Припев:
Ребе, ой, Ребе нам нужен!
Ѓашем, Ѓашем, сжалься!
Пришли избавленье,
Услышь же Ты нас,
Мы хотим Мошиаха сейчас!
Наша эмуна прошла сквозь века,
Геула совсем уже не далека.
Нашу эмуну ни чем не сломать,
Нет не хотим больше ждать.
Письмо Ребе
В СССР еврейский мальчик жил,
С отцом подпольно,
Тору он учил.
Что он еврей – гордился он,
Что выполняет,
Б-жественный закон.
Письмо решил он, Ребе написать,
О том, что трудно,Мицвойс исполнять.
Совета просит, как же ему быть,
Еврею трудно, в стране советской жить.
Ответ от Ребе мальчик получил:
Всевышний хочет, чтоб ты сильным был.
В тебя я верю, что ты устоишь,
И Йецер-Ѓоро победишь.
Ответ от Ребе мальчик получил:
Всевышний хочет, чтоб ты сильным был.
Сейчас тот мальчик, праведный еврей,
Встречать Мошиаха, желает поскорей.
Ѓашем везде
(На мотив: ''Hashem is here'')
Ѓашем – он там,
Ѓашем – он здесь,
Ѓашем повсюду и везде. (х2)
Сверху и внизу,
Справа, слева и вокруг.
И куда ты ни пойдёшь,
Ты его найдёшь. (х2)
Нешомо
(на мотив из м/ф ‘’Крокодил Гена и Чебурашка’’)
Я был когда-то странной
Нешомой безымянной,
К которой там, на небе
Никто не подходил.
Но вот настало время,
Теперь я стал евреем,
И прямо в тело
Ѓашем меня спустил.
Ну что это за дело –
Душе мешает тело,
Нешомо наша хочет
Все Мицвойс исполнять.
А тело хочет кушать,
И Йецер-Ѓоро слушать,
И лопать сало,
И ничего не знать.
Но есть у нас немало
И доброго начала,
Его мы будем слушать
И как евреи жить.
Мы изучаем Тору,
Придет Мошиах скоро,
Мы знаем точно,
Нешомо победит.
Ойфн припечек
(на мотив песни: «Ойфен припечек»)
Домик маленький,
В комнате тепло,
Огонёк горит.
Там с учителем,
Дети малые,
Учат алфавит.
Детки, помните,
Мои милые:
Комец Алеф – о.
Повторите вы
И запомните:
Комец Бейс – бо.
Малый Храм
(на мотив песни «Подмосковные вечера»)
Это было тридцать веков назад,
Всем евреям Б-г приказал,
Чтоб построили
Храм среди себя,
И Всевышний там обитал.
И сейчас везде,
Где живет еврей,
Синагога есть малый Храм,
Там мы учимся,
Там мы молимся,
И с друзьями встречаемся там.
А когда придет царь Мошиах,
И отстроит Бейт-Ѓамикдаш,
Каждый малый Храм
Он возьмет с собой,
И, конечно, возьмет и наш.
И у входа в Храм
Улыбнётся нам
Ребе Шлита, Ребе наш.
Подарок
(На мотив: «Ваеѓи бишурун мелех»)
Ѓашем нам дал подарок,
Чтоб дружно стали жить –
Он Тору нам дал,
И сказал её учить.
Свой дар однажды людям,
Решил он показать.
Они отказались,
Его подарок взять.
И пошел к евреям,
Он с Торою тогда.
«Наасе венишма» -
Готовы мы всегда.
Будем делать то,
Что, велит нам Тора всем.
«Наасе венишма» -
С нами Ѓашем.
Что такое Тора
(На мотив песни из м/ф «Чунга-чанга»)
Что такое Тора? – Это план!
По нему Ѓашем весь мир создал.
Горы, реки, небо и цветы,
Обнаружить в Торе сможешь ты.
Припев:
Чтоб бороться с Йецер-Ѓоро,
Все евреи учат Тору,
И от нашей Торы
Чахнет Йецер-Ѓоро.
Чем мы лучше Тору учим,
Тем становится мир лучше,
И в конце концов, придет Мошиах скоро.
Что такое Тора? – Наш закон!
Справедливый он и мудрый он.
Всех вопросов нам не перечесть,
И на все - ответы в Торе есть!
Птичка
(На мотив: «The little bird is calling»)
Зовет, щебечет птичка,
Вернуть бы ей покой.
Но ранена певичка,
Нет сил лететь домой.
В ловушке тело ноет,
Судьба её горька.
Ах, где гнездо родное?..
Свобода далека.
А птичка-серебрянка,
Что стала мне как друг,
Всё рвется из капкана,
Свой свет даря вокруг.
Как долог путь страданий,
Что ждёт нас впереди?..
Когда придет спасенье,
Кто нас освободит?..
Та птичка – мы, евреи,
Охотники – наш грех.
Изгнанье – наши беды,
Оно одно на всех.
Гнездо – Ерушалаим,
Куда мы все придем.
Спаситель наш – Мошиах,
Его-то мы и ждем.
«Тум балалайка»
Тум бала, тум бала, Тум балалайка
Тум бала, тум бала, Тум балалайка
Тум балалайка, Шпиль балалайка,
Тум балалайка, Фрейлах зол зайн.
Стоит, стоит, стоит у дверей –
Две тысячи лет стоит там еврей.
Он знает, он верит, он верит и ждет –
Когда же, когда же Мошиах придет.
Пусть всегда
(на мотив песни «Солнечный круг»)
С Торой идти, всегда и везде –
Самое главное в жизни.
Если б не Б-г – пропал бы народ,
А с ним никогда не пропадет.
Припев:
Пусть всегда учат Тору,
Пусть всегда любят Мицвойс,
Пусть здоров, будет Ребе
И Мошиах придёт. (х2)
Койах
(На мотив песни «Коях»)
Все на свете знать должны –
Вот, какие мы молодцы!
Но, конечно, помним мы,
Кто даёт нам койах.
Припев:
Койах, Койах, Койах,
Кто даёт нам Койах?
Койах, Койах, Койах,
Ѓашем даёт нам Койах.
Силу нам даёт Ѓашем,
Койах - мы её зовем.
С нею мы поможем всем
И тогда споём:
«7:40»
(На мотив песни: «7:40»)
Строим мы синагогу,
Будем молиться Б-гу,
Чтобы Мошиах
К нам нашел дорогу.
И чтобы все евреи
Собрались поскорее
И Бейс-Ѓамикдош
был построен вновь,
И вместе с Ребе будем мы тогда,
И счастливы будем навсегда.
Цомо лехо нафши
(На мотив песни: «Цомо лехо нафши»)
Эх ты, дурень Марко,
Что ты едешь на ярмарку,
Не купляешь, не продаешь,
Только робишь сварку.
Эй, цомо, цомо, цомо,
Цомо лехо нафши,
Кома, кома, кома, кома,
Кома лехо весори.
Шаббос
(На мотив песни: «Микойлойс маим рабим»)
Если б у меня были силы,
Я гулял бы ночью,
И я кричал бы: «Шаббос,
Шаббос, Шаббос, Шаббос!..
Шаббос ѓаёйм лашем,
Шаббос ѓаёйм лашем!»
Микойлойс маим рабим,
Маим рабим, адирим,
Адирим, мишберей ём,
Адир баморойм Ѓашем.
Who knows one?
Ѓу ноус ван? (2.3.4…)
Ай ноу ван! Ай ноу ван!
Ван ис Ѓашем, ван ис Ѓашем,
Ван ис Ѓашем.
Ин зе ѓэвенс энд зе ёрс,
Уѓ-Аѓ! Уѓ- Аѓ- Аѓ! Уѓ-Аѓ! Уѓ-Аѓ Аѓ!
Твелв ар зе трайбс оф Исраэл,
Елевен аре зе старс ин зе Ёсефс дрим,
Тэн аре зе cоммандментс,
Найн аре зе монзс бефор зе бэйбис бёрз,
Эйт аре зе дэйс оф зе Брис (чоп-чоп),
Севен аре зе дэйс оф зе вик (боом-боом),
Сих аре зе боокс оф зе Мишнаѓ,
Фиве аре зе боокс оф зе Тораѓ,
Фоур аре зе мозерс анд
Зрее аре зе фазерс,
Тво аре Лухос зэт Моше броут анд
Ван ис Ѓашем… (х3)
Эх ты, земляк
Эх ты, земляк, зачем ты дурак!?
Я тебе рассказываю, Я тебе рассчитываю:
Один, один у нас Б-г.
Что на небе, что на земле, Один у нас Б-г.
Служба наша – наша дружба, наша еврейская.
14 книжек Рамбама,
13 черт милосердия,
12 у нас колен Израиля,
11 у нас звёздочек,
10 у нас заповедей,
9 месяцев рождения,
8 дней обрезания,
7 дней недели,
6 книжек Мишны,
5 книжек Торы,
4 наших матушки,
3 наших батюшки,
2 наших таблички.
Один у нас Б-г.
Шолойм алейхем
Шолойм алейхем, Малахей ѓашорейс,
Малахей эльёйн,
Мимелех малхей ѓамлохим
Ѓакодойш Борух Ѓу. (х3)
Бойахем лешолойм,
Малахей ѓашолойм,
Малахей эльёйн,
Мимелех малхей ѓамлохим,
Ѓакодойш Борух Ѓу. (х3)
Борхуни лешолойм,
Малахей ѓашолойм,
Малахей эльёйн,
Мимелех малхей ѓамлохим,
Ѓакодойш Борух Ѓу. (х3)
Цейсхем лешолойм,
Малахей ѓашолойм,
Малахей эльёйн,
Мимелех малхей ѓамлохим,
Ѓакодойш Борух Ѓу. (х3)
Ма ништано
Ма ништано ѓалайло ѓазе микол ѓалейлойс?
Шебехол ѓалэйлойс эйн ону матбилин,
Афилу паам эхос, ѓалайло ѓазэ штэй феомим.
Шебехол ѓалэйлойс ону ойхлин,
Хомэйц ой мацо, ѓалайло ѓазэ кулой мацо.
Шебехол ѓалэйлойс ону ойхлин шеор ерокойс,
Ѓалайло ѓазэ моройр.
Шебехол ѓалэйлойс ону ойхлин бэйн ёйшвин,
Увэйн месубин, ѓалайло ѓазэ кулону месубин.
Прощальная песня
И вот я стою у порога,
На лагерь бросаю я взгляд:
Пустые поля и лавки кругом
Будто плакать со мною хотят…
Как было прекрасно то время,
Что в лагере мы провели –
Походы, экскурсии,
песни и спорт,
Нам снились прекрасные сны.
Припев:
Как горько сейчас
со всем расставаться,
Хотел бы с тобой,
Ган Исроэл, остаться,
Но вот нам пора,
мы трогаем в путь –
Водитель, постой хоть чуть-чуть!
Я многому здесь научился;
Все маме хочу рассказать –
Как Тору учить
и Шаббат соблюдать,
И как Мицвойс
должны исполнять.
Лагерь, ты дал мне путь в жизни –
Еврейством гордиться всегда.
Мой опыт своим я друзьям передам,
Не забуду тебя никогда.
Став я пыты
Став я пыты у пьятныцю, у пьятныцю.
Пропыв я пропув свою телыцю.
Трэба трэба знаты як гуляты,
Трэба трэба знаты як брехаты.
Ой, хешбон цэдэк отдаваты,
Перед паном хозяином отвычаты,
Ай, мы пьем, да пьем, да мы гуляем.
Ун мир тринкен яин азой ви моим
Ун мир зоген але цузамен лехаим
Вэато тишма мин ѓашомаим.
Став я пыты у субботу, у субботу.
Пропыв я пропув свою работу.
Трэба трэба знаты як гуляты
Трэба трэба знаты як брехаты.
Ой хешбон цэдэк отдаваты,
Перед паном хозяином отвычаты,
Ой, мы пьем да пьем, да мы гуляем.
Ун мир тринкен яин азой ви моим
Ун мир зоген але цузамен лехаим,
Вэато тишма мин ѓашомаим.
Веѓи шеомдо
Веѓи шеомодо лавойсэйну велону,
Шелой эход билвод омад олэйну лехалойсэйну.
Эло шебехол дойр водойр,
Оймдим олэйну лехалойсэйну,
Веѓакодойш борух ѓу мацилэйну миёдом.
Всем сердцем
(На мотив песни: To love the fellow Jew)
Всем сердцем полюбить, Обиды все забыть,
И теплое сказать еврею слово,
Ведь братья он и я, Мы все одна семья,
И каждый здесь в ответе за другого.
За все сто двадцать лет, Душа несет ответ
За все, что может сделать в этом мире.
Мошиах к нам придет, От нас ответа ждет –
Как много сил мы другу посвятили.
Хабад Любавич
(На мотив песни группы «Любе»: «Комбат»)
Хабад – Любавич, Любавич – Хабад,
Собрал в Ган Исроэл отличных ребят,
Летят самолёты машины спешат,
Хабад наш Хабад наш Хабад.
Хабад – Любавич, Любавич – Хабад,
Мизуза, тфилин, цдока и шабат,
Традиции Торы узнать каждый рад,
Хабад наш Хабад наш Хабад.
Хабад – Любавич, Любавич – Хабад,
Здесь только кошерную пищу едят,
И сало вошло в список вечный утрат,
Хабад наш Хабад наш Хабад.
Хабад – Любавич, Любавич – Хабад,
Ты «Ган Исроэл» превратил в райский сад,
Здесь каждый друг другу товарищ и брат,
Хабад наш Хабад наш Хабад.
Хабад – Любавич, Любавич – Хабад,
За нами: Россия, Москва и Арбат,
Горят его свечи и души горят,
Хабад наш Хабад наш Хабад.
Сделай обрезание
Что произошло - сам не понимаю:
К моэлю (Шае) я пошёл и сделал обрезание.
Всё мои друзья, поют и поздравляют:
- Если ты еврей - сделай обрезание!
Чувствую себя прекрасно и отлично,
То, что я еврей - я ощущаю лично.
Девушки мои, все тоже очень рады:
Сделай обрезание, грустить тебе не надо!
Имя получил, прикольно даже классно,
С Б-гом я теперь, общаюсь очень ясно.
Заповедь одну, всегда я выполняю,
Ты не сделал, нет? Тебя не понимаю!
Гимн Месивты
(На мотив песни: «Надежда»)
Снова покидаем города,
Снова мы оторваны от дома,
Снова возвращаемся туда,
Где сердца близки одно к другому...
Мама с папой будут тосковать,
Но ведь по-другому не бывает -
Хасидим не пристало горевать,
Кто идёт вперед – не унывает!
Припев:
Месивта – луч света во тьме,
Который ведёт прямо к Б-гу,
Кто верен и предан тебе -
Тому ты укажешь дорогу!
День за днём - так пролетят года,
В разных странах можем оказаться -
Месивту не забудем никогда,
В сердце нашем ей навек остаться!
Месивтская песня
Мы приехали в Месивту с разных дорог,
И попали сразу на хасидский урок,
Я учусь в Месивте, меня учат читать:
На иврите, на идиш, но ни чего мне не понять.
И вот мы проучились в Месивте целый год,
И скоро для наc последний звонок.
Припев:
У-а я люблю тебя, у-а месивта моя.
Хаим-Ойзер любит всех нас ругать,
Но все таки он нам как мать,
Мойше-Борух любит нас веселить,
А Реб Рувен с нами хочет Танию учить.
Леви Ицхок не очень добр, но весел,
А реб Мендел у нас как мезойном большой,
Эли Гольдштейн любит наказанье давать,
А реб Борух всегда говорит – : «Cейчас Mаарив!»
Приезжайте к нам в Месивту,
Здесь будет высший класс.
Вы познаете еврейство,
Как принято у нас.
Ам Исроэл будь добрей
Ам исроэл будь добрей,
И Мошиах к нам придет скорей.
Мы должны его дождаться,
В этом наша служба, братцы!
Мошиах нужен нам теперь,
Мошиах нужен нам теперь,
Мошиах нужен нам теперь,
Мы не можем ждать!
Мицва еще раз мицва
(на мотив песни: «Ѓава нагила»)
Мицва, еще Раз мицва,
Еще раз мицва, Еще раз мицва.
Будем их исполнять,
Шабес соблюдать,
Тфилин одевать
И цдоку давать.
Мицва, Гаререс мицва
Гаререс мицва Гаререс мицва.
Будем их исполнять,
Шабес соблюдать,
Свечи зажигать
И цдоку давать.
Пока «Ган Исроэл»
Вот время пришло уже,
Надо сказать пока,
Каждый вожатый учитель
И наш дом Ган Исроэл.
Добро и свет твои,
Нас очень удивили.
Когда я представлю что надо назад
Слезы текут словно град.
Припев:
Ох, «Ган Исроэл», смогу ли пережить я тоску,
И если уеду от сюда, то в сердце своем унесу.
Но, «Ган Исроэл» сейчас я слежу за собой,
Душа теперь точно знает,
Что лагерь ты не простой.
Пока «Ган Исроэл»,
Сейчас мы поедем домой,
Куда бы я не поехал,
Все время Я буду с тобой. /2
Что такое Шабес?
(На мотив песни группы «ДДТ»: «Что такое осень» )
Что такое шабес – это отдых,
Жаль, что он случается не часто,
Отдыхаем мы, с еврейским нашим счастьем,
Шабес, Я давно с тобою не был.
Припев:
В Шабос гои жгут фонари,
И картофель кушают фри,
В водке гои топят печаль,
Нам нельзя с тобой так, а жаль.
Что такое кошер – это мицва,
Мицва заповеданная Б-гом,
Чтоб с кошерным мясом вам не ошибиться,
Кошерует мясо Изя Коган.
Что такое пейса – это локон,
Он растёт обычно возле уха!
Если завернуться в него словное теплый кокон
Не страшна тогда зима старуха.
(Вторая версия)
Что такое шабес - это отдых,
Жаль, что он случается не часто,
Отдыхаем мы, хотя,
с еврейским нашим счастьем
Отдых, как во время тяжких родов.
Припев:
В Шабос гои жгут фонари,
И картофель кушают фри,
В водке гои топят печаль,
Нам нельзя с тобой так, а жаль.
Что такое кошер - это мицва.
Мицва эта заповедь большая,
Чтоб с кошерным мясом вам не ошибиться,
Кошерует мясо Гиссер Шая.
Кошер кушать это не грех,
Кошер очень полезен для всех,
Если строго Кошер блюдешь
Может в Рай попадёшь.
Что такое пейса - это локон,
Он растёт обычно возле уха
Если завернуться в пейсу словно теплый кокон,
Не страшна тогда зима старуха.
Пейсы украшают мужчин,
Их стыдится, нету причин,
Чтоб незря свою жизнь прожить,
Надо пейсы носить.
Говорят что нам евреям
(На мотив песни из м/ф «Бременские музыканты:
«Говорят, мы бяки-буки»)
Говорят что нам евреям,
Нужно мицвойс исполнять.
И Ѓашем нам дал заданье,
Искры святости поднять.
Припев:
Ой ля ля, ой ля ля,
Искры святости поднять.
Ой ля ля, ой ля ля эх-ма!
Наш народ всегда гонимый,
Любит мицвойс выполнять.
Потому, что через мицвойс,
Можно хаюс получать.
Припев:
Ой ля ля, ой ля ля,
Можно хаюсь получать.
Ой ля ля, ой ля ля эх-ма!
За три тысячи лет работы,
Мы подняли искры все,
Больше нет у нас заботы,
Ждем машиаха уже.
Припев:
Ой ля ля, ой ля ля,
Ждем машиаха уже.
Ой ля ля, ой ля ля эх-ма!
Вот придет к нам царь Мошиах,
И отстроит 3 храм,
Будем возносить молитвы,
Прямо, прямо к небесам.
Припев:
Ой ля ля, ой ля ля,
Прямо, прямо к небесам.
Ой ля ля, ой ля ля эх-ма!
Кол ѓаолам куло
(На мотив: «Кол ѓаолам куло» )
Весь мир похож,
На очень узкий мост
На очень шаткий мост
– этот мир похож.
Ты по нему идешь,
Не знаешь сколь пройдешь,
Не знаешь сколь пройдешь,
В пропасть упадешь.
Припев:
В мире есть один лишь закон,
Не боятся, страх победишь,
До конца пройди,
Только сильным будь!
Еврейские музыканты
(На мотив песни из м/ф: «Бременские музыканты»)
Ничего на свете лучше нету,
Чем бедному еврею дать монету,
Чем в Йом Кипур славно попоститься,
Чем поутру Шахрис помолиться.
Мы своё призванье не забудем,
Свет и радость мы приносим людям,
Нашу веру в праведного Б-га,
Не заменит никогда тревога.
Наша цель – евреев избавленье,
Кончить вековечное мученье,
Наше счастье – жить одним народом,
Вопреки любым непогодам.
Мы Хасидим
(На мотив песни из к/ф. «Приключения капитана Врунгеля»: «Три мушкетера»)
Мы хасидим, фром Любавич,
К вам сегодня приежанто, Оу е,
Одеванто мы тфилоно все дорогу то и енто,
Алеф бейс вас научанто,
Лишний шкурка обрезан-то,
И, конечно вас на Шабес постоянно приглашанто. Оу-е.
Мы аиды, мы от других отличанто офигенно,
Мы хасидим, Храм построим дос ис эмес несомненно,
Главно Тору изучанто, и конечно исполнян-то,
И конечно деньги в цдоко иногда хоть отдаванто.
Ну а если, будет где-то поросенок нам мешанто,
То мы к Б-гу написанто заявленто ограменто,
И тогда свинья в гробенто попадается, ун моменто,
А хасидим зог лехим и веселый негуненто.
Мы сегодня в воскресенье в КВН-то поигран-то,
Выграванто, програванто – ло мешаненто,
Главно после улыбанто, в сердце каждого влюблянто,
И за энто к нам Мошиах несомненно прибыванто!
Когда то жили в мире люди
(На мотив песни: «На поле танки грохотали»)
Когда то жили в мире люди,
Что верить в б-га не могли,
А тех, кто верил превращали,
Ой в раскаленные угли.
Но Б-г наш землю не оставил,
И в те далекие года,
Жил где-то цадик Авром Авину,
И предан Б-гу был всегда.
Авром Авину праотец наш,
Построил первый бейс Хабад,
И каждый мимо проходивший,
Зайти к нему был очень рад.
За свою праведную веру,
В былые дни больших невзгод,
Аврам Авину был удостоен,
И породил большой народ.
Потом народ пошел в Египет,
И сильно был порабощен,
Пока не появился Мойше,
И из галута вывел вон.
Потом бродили по пустыне,
И подошли к горе синай,
Потом там тору получили
Решив что это уже рай.
Евреи Тору получили,
Уже 3000 лет назад,
И в это душу всю вложили,
И каждый был друг другу брат.
Когда придет к нам царь Мошиах,
Построим третий вечный храм,
И все евреи из галута,
Придут и соберутся там!
Ау ау ау
(На мотив песни Ляпис Трубецкой: «Ау»)
Где-то между небом и землею
Где-то между телом и душою,
Где-то там в глуши сознания,
Ты ты ты а-а-а.
Кто бы не писал тебе мотивы,
Техно, рок и речитативы,
С кем бы ты бы не тусовался,
Ты ты ты, а-а-а.
Припев:
Ау-ау-ау будь ты негр с Катманду,
Ау-ау-ау ты еврей.
Ау-ау-ау Ты подзабей на ерунду,
Ау-ау-ау э-ѓэ-ѓэ-ѓэ-й.
Даже если не еврей твой father
Даже если он в разводе с mother
Даже если в голове опилки,
Ты ты ты, а-а-а.
Пусть ты не Эйнштейн, не Аристотель,
Пусть ты даже не Куделин Мотя,
Пусть ты даже твоя фамилия Фокин,
Ты ты ты а-а-а.
Как бы не кидал тебя твой мазел,
Кто бы не говорил что ты шлемазел,
Ты всем на зло еврей удачи,
Ты ты ты, а-а-а.
Меня пытали железом
(На мотив: Сплин «Мое сердце»)
Меня пытали железом, и били ремнями,
Мне калечили тело,
Рубя на куски.
Но Тору святую,
До сих пор соблюдаю,
Как бы не брали,
Мое сердце в куски.
Припев:
А Нешомо к Б-гу стремилась,
А Нешомо хочет к Нему,
И цепочку еврейских традиций,
Никто не нарушит, не порвать никому.
Меня хотели заставить,
Принять мусульманство
Иконы повесить, читать капитал,
Но иду на молитву тфилин одевать,
Хожу на мивцоим, как Ребе сказал.
Много мы натепелись за время изгнанья,
Которое длиться две тысячи лет,
Но верели свято в то, что Мошиах придет,
И раскроет Б-жественный свет.
Припев:
Мойше Тору получил
(На мотив: «Моузес»)
Мойше Тору получил, на горе Синай,
40 дней он там пробыл,
Вай вай вай вай вай,
Мойше, Тора и гора Синай,
Мойше – Тора вай,
вай вай вай вай.
Ѓоп ѓоп ѓоп
(На мотив: «Верки Сердючки»)
Никто меня не любит,
Никто ни прилоскает,
Пойду я на фарбрейген,
Чтоб стало мне теплей,
Историю про Ребе,
Ребята мне расскажут,
Напомнят что Геулу,
Нам нужно ждать скорей,
Припев:
Ѓоп-ѓоп чуда ѓоп, Я наливаю,
Ѓоп-ѓоп чуда ѓоп, Я выпиваю,
Ѓоп-ѓоп чуда ѓоп, Я говорю лехаим!
Потом затянем нигун,
И кто то скажет маймор,
Мы помолчим не много,
И снова запаем
Покушаем салату,
И пожевав мезойнес,
В сторонку стулья двинем,
И танцевать пойдем.
Потом почти под утро,
Икая, спотыкаясь,
Но с радостной улыбкой,
Бреду к себе домой.
А дома как обычно,
Меня никто не любит,
Но тот фарбрейген теплый,
Останется со мной.
В Ган Исроэл мы попали
В Ган Исроэл мы попали,
И конечно же не знали,
Что в кипах надо быть,
В цицисе ходить, ближнего любить.
Но учитель терпеливо,
Объяснял нам нерадивым,
Как Песах соблюдать,
Хомец собирать, а потом, сжигать.
В мести седер проводили,
Арба койсэс дружно пили,
И слушали рассказ, кто евреев спас,
Из рабства вывел нас.
Мы по-полной отрывались,
Веселились и купались.
Но завтра уезжать,
Будем горевать, по тебе скучать.
Припев:
Ган Исроэл в сердце ты моем,
Ты родной наш дом,
Мы тобой живем, О тебе поем, о Ган Исроэл.
Призрачно всё
(На мотив: «Если только миг»)
Призрачно все, в этом мире бушующем,
Есть только Б-г, за него и держись,
Есть только Б-г, Он и в прошлом и в будущем,
Именно Он называется жизнь.
Тору отцы изучали в изгнании,
И пронесли для тебя и меня,
И для души, плачет, что в покаянии,
Тора одна и один у вас Б-г.
Пусть этот мир вдаль летит сквозь столетия,
Но не всегда мне по дороги с ним,
Чем дорожу, чем рискую на свете Я,
Б-гом одним, только Б-гом одним.
Бес его мучит
(На мотив: мультфильма
«Приключения капитана Фруенгеля»)
Бес его, бес его мучит,
Знаю, что мучит его некошерная мысль,
Путь один, пусть он поучит,
Хасидус Хабад и поймёт его смысл.
Припев:
Я знаю только один путь вправление мозгов,
Это Хасидус Хабад поучить,
Он так вправляет мозги, пробуждает к любви,
Чтобы Б-га смогли мы любить.
Бес его, бес его знает,
Из-за чего шахарис не идет у меня,
Аппетит сильно мешает,
Булочку съешь ты в начале рабочего дня.
Припев:
Бес его, бес его любит,
Любит за то, что готов он на все для него,
Пусть он все это забудет,
Помнит лишь только Творца своего одного.
Дядя Хаим
Дядя Хаим – хороший и пригожий,
Дядя Хаим – всех юношей моложе,
Дядя Хаим – чудесный наш толстяк,
Без дяди Хаим мы ни на шаг.
Дядя Хаим – не слишком он упитан,
В полшестого утра уже не спит он,
На зарядку бежит он поскорей,
Следит за телом, ведь он еврей.
Ноги дяди, всё ходят в синагогу,
Сердце дяди полно любовью к Б-гу,
Буквы Торы, у дяди на устах,
Любовь и доброта у дяди в глазах.
Я – Эстер
Я – Эстер и мне, быть может,
Повезет спасти народ еврейский,
Я царица, что поможет царской
милости для всех добиться,
Злой Аман убить евреев
захотел уродец недоделок,
Злой он план царю навеяв
результатов ждет своих теперь.
Chorus:
Ты – Ахашверов, ты нас спасешь,
Раскрой глаза же поскорее,
Что,скажешь мне,
Что увидел ты в святых евреях,
Ты ходя бы раз, всего лишь раз,
Пришел бы в жизни в синагогу,
Там, лишь только там, ты слышишь там,
Ты сможешь истину познать.
Но теперь король мой милый,
Выбирать тебе таки придется,
Я еврейка, нам всем вилы,
Если счастье нам не улыбнется.
Ну а ты со своим Аманом,
Оставайся править государством,
Он, подлец, привык к обману,
Ну а я к народу своему.
Б-гу весело служить
(На мотив: «Солнечный Круг»)
Б-гу весело служить,
Нужно делом, нужно делом, нужно делам,
И душе, конечно, жить,
Лучше с телом, лучше с телом, лучше с телом,
Раз нешома, Два нешома, Души разные,
Есть красивые, А есть и безобразные,
Есть большие души, Есть и души малые,
Но без тела в жизни душу не видали мы…
Все что тебя касается
(На мотив: Группа «Звери»)
Он так умело орудует мышкой,
И третий год все сидит в ките гимел,
Из Харькова приезжал как парнишка,
Сейчас он взрослый Нью-йоркский мужчина.
А это что, посмотрите на цены,
Почти бесплатно, но все же не даром,
Наш Бенягуев торгует успешно,
Самым свежайшим отборным товаром.
Припев:
Все что тебя касается,
Так же меня касается,
И вот опять учебный год,
Начинается!
Ну, где еще вы найдете артиста,
Хоть и без грима, но все же покатит,
Вселюбский Шая тебя очень быстро,
Мосфильм на роль хоть какую-то схватит.
Поосторожней с братвой из Самары,
Чрезвычайно они все бодливы,
Оренбург Волгоград и Нальчик,
Мужественно добавляют им силы.
Припев:
А вот я вижу скрипач на крыше,
И почему-то играет он мурку,
Наверное хочет МИИТ чтоб услышал,
И вызвать Довиду кто-нибудь дурку.
А вот иду я мимо столовой,
И вижу там, как Мунаров постится,
Картошкой хлебом и кашей перловой,
Да в эту ночь ему что-то не спится.
Припев:
А вот из миквы идет дядя Хаим,
Как всегда он дымит папиросой,
Сейчас придет он и скажет Лехами,
Чтобы ответить на наши поросы.
В конце концов, Окунев улетает,
И забирает с собой он и Яшу,
Что в чемодане его он не узнает,
Мы положили Замиралова Сашу.
Где-то под забором бомж
Где-то там под забором валяется бомж,
Он по праву рождения еврей,
Нет просвета в судьбе, ни на что он не гож,
С каждым годом все болей старей.
Но надежды лучом,
Сознанья его голос мамы с детских годов,
Знай сынок ты еврей, будь счастлив обречен,
И что сих еврейских плодов.
Припев:
Слышишь голос в себе, – это голос души,
В нем и счастье твое, следуй за ним.
В синагогу зайди, ты тфилин наложи,
Себя обрети, себя обрети, ты еврей!
Трепанувшийся дрем, и туман, и сманн,
Наш герой ужаснулся судьбе,
И болей остаток собравший в кулак,
К синагоге поплелся во мгле.
И тфилин нацепив, он силы приток
Ощутил и воскликнул в сердцах,
Моя мама, как все же была ты права,
О как долго бродил я во тьмах.
Припев:
Слышу голос в себе, – это голос души,
В нем счастье мое, устремляюсь за ним,
В синагогу зайду, я тфилин наложить,
Себя обрету, себя обрету, себя обрету, Я еврей.
Я сижу на берегу
(На мотив: «Гуд бай - Ган Исроэл»)
Я сижу на берегу,
Сижу я там и обдумываю.
Что со мной будет – не знаю я,
Очень волнует меня.
Мой вожатый - действительно друг,
Советует он пойти в йешиву.
«Слишком уж трудно, не для меня», –
Думаю я про себя.
Хотелось бы мне по-еврейски жить,
Быть преданным Б-гу, и Тору учить.
Но всё начинать по-новому
Я просто не могу.
Это не сам ты начинаешь,
Наше наследие ты продолжаешь.
Б-г же нам силы даёт
Трудности перебороть.
Это не сам ты начинаешь,
Наше наследие ты продолжаешь.
Б-г же нам силы даёт,
Мошиаха Он приведёт.
Юд Шват
(На мотив: из к-ма
«Генералы песчаных карьеров»)
В России царской начинал борьбу,
И арестован был не раз,
За свой народ отдал он жизнь свою,
Адмор шестой, Ребе Раяц,
Евреев многих от погромов спас,
Евсекциям давно мозолил глаз.
И снова арест и в Шпалерку уж мчат,
Подписан на верху расстрел,
Взволнован мир, евреи все кричат,
Что за советский беспредел.
Но вдруг железный зверь дает отпор,
И отменяют страшный приговор.
СССР покинуть он решил,
Но не сдаётся и тогда,
Еврейским миром он руководил,
Ведя борьбу из далека.
И не подводим мы черту в Юд Шват,
А делаем то, что велит Хабад.
В древности в Эрец Исроэл
(На мотив: «Ленинград точка ру»)
В древности в Эрец Исроэл,
Давид теѓилим написал,
Стремясь к единению с Б-гом,
Такие слова он сказал:
Припев:
Цомо лехо нафши,
Кома лехо всори. /2
Если тебя кто-то дразнит,
Зло, на него не держи,
Дай ему сразу же в зубы,
Ну а конечно скажи.
Если душа рвется к Ребе,
А визу тебе не дают,
Скажи мы слова дорогие,
Ведь из и в посольстве поймут.
Когда в третий храм вмести с Ребе,
Евреи с изгнанья придут,
То эти строчки святые,
Как в древности вместе споют.
Дорогой Миша
Дорогой Миша, послушай меня,
Я только лучшее хочу для тебя,
Еврею надо быть в ешиве,
Это даст ему смысл в своей жизне.
Добрых детей и учителей,
Встретить ты там постарайся сам,
Дорогой вожатый, я сомневаюсь,
Несмотря на мой страх я всё равно попытаюсь.
А сейчас ешива подходит к концу,
И обратно на учебный год я смотрю,
Столько я выучил благодаря тебе,
И обрезанье я сделал себе.
Тору и Мицвойс здесь соблюдаем,
Голову мы кипой накрываем,
И вот я еду к друзьям домой,
Но они не дружат со мной.
Дорогой Моше, дай я расскажу,
Даже кто знает всю Тору,
Должен своим друзьям показать,
Приблизить к еврейству и не отвергать.
Я прибыл в лагерь
Я прибыл в лагерь одиноким
Я не знал, что будет со мной
Вдалеке от дома так долго
А всё вокруг так странно
Но с каждым днём я замечал
Еврейство мне стало близко
Молитвы, уроки, песни и спорт
Я привык к ним очень легко
Теперь лагерь, окончен
Я стою, и слёзы текут рекой
Сейчас я возвращаюсь
О как не хочется ехать домой
Но Ган Исроэл ты помог мне стать на ноги
И гордость приобрести
И прощаясь с тобой мой любимый лагерь
Я обешаю тебе и себе
Друзья, вожатые
Ваши советы запомню я навсегда
Торой, Мицвойс
Я хочу привести Мошиаха сюда.
Мошиах блюз
Много лет наш народ в изгнании
Машиаха все нет
Всех кого спросил
Не могут дать ответ
Много книг умных и солидных
Успел я прочитать
Но лишь в одной из них
Ответ нашел
Припев:
Каждое решение и поступок твой
И твоя победа над Йецер Горой:
Перевернет все вокруг
И даст тебе увидеть вдруг
В конце концов ведь все зависит от тебя
Как полетит самолёт,
На бирже кто уйдет вперед
Это решает только лишь поступок твой.
Когда Мошиах придет
и всех евреев соберет,
и отчуждение границы разобьет.
Мы соберемся все там,
отстроим третий вечный храм
И вознесем свои молитвы к небесам.
Пора домой
Вот и за окном пурга метет,
Да да пора домой!
И Петрович всем билет купил,
Да да домой!
Вот опять мешки пакуем мы,
Чемоданы все вещей полны,
Домой, домой пора домой. / 2 раза.
Хайм Ойзер мне сказал вчера:
«Назад не приезжай».
Но учиться здесь хочу и буду,
Хаим ты так и знай.
Я не знаю где моя семья,
Дома мама папа ,здесь братья,
Домой, домой пора домой. / 2 раза
Пусть мне говорят в семье,
Не без уро да да,
Но моя семья Месивта,
Знаю точно я.
Пусть уеду в гости я домой,
Уезжаю с полной головой,
Домой, домой пора домой. / 2 раза.
Прилетел я из Баку
Прилетел я из Баку, чтоб учиться здесь теперь.
Но найти я не могу где же у Месивты дверь!
Все разрыто во дворе, я иду к двери быстрей,
Кто же, кто же скажет мне как попасть туда скорей!
Припев:
Месивта, Любавич скажите мне адрес –
А-Aбразцова А – девятнадцать.
Я учусь здесь третий год, и поверьте нет проблем,
Сало не беру я в рот, только кошер дома ем.
Кипу цицис и тфилин одевать я не стыжусь,
Знают пусть, что я еврей – этим я всегда горжусь.
Припев:
Скоро дембель.
Скоро дембель, подарки родным купил,
На попутке доеду домой.
Эх, Месивта не бойся я не забыл тебя,
Б-га тоже возьму я с собой.
Эх, как мамка борща наварит мне,
И свиное накрутит рагу...
Что за мысли вдруг в моей голове,
Извини, мама, я не могу…
Припев
Да, я приеду домой,
Да, я останусь еврей,
Да, не вернусь я чужой. / 2 раза.
Пацаны ко мне зайдут вечером,
И предложат пойти забухать.
Не могу, что мне делать нечего,
На смешки на их наплевать.
По утру негел васер сделаю,
Крияс шма и Брохойс скажу,
В синагогу на шахарис сбегаю,
Хитас Рамбам сегодня скажу.
Припев
Месивта реп
Солнечный день, я из месивты выхожу,
Я с тфилином под мышкой на мивцоим иду.
И улыбка моя, да фору даст любой красотке,
Мои кавоны прочны как настоящие колготки.
Всяко разно, миква не заразна –
Пока она чиста окунайся в неё!
Всяко разно, месивта так прекрасна,
Ты посмотри на нее!
Мне не надо говорить и не надо объяснять,
Что в микву надо ходить и хасидус посещать.
И что свежее дыхание облегчает понимание,
И что тора пять в одном вас избавит от страдания!
Меня зовут Рова
(На мотив песни группы «Чайф»:
«Аргентина – Ямайка 5:0)
Меня зовут Рова, Рова Бенягуев,
Я сегодня завалил мивхан по крие,
Я наверное умру от растройства желудка,
Я сильно испуган!
Я вижу пред собой его белые руки,
Такой длинный нос на волосатом теле,
Он привстал с кресла испепелить меня словом,
Я закрываю глаза.
Припев:
Какая боль, какая боль,
Ваш образ Реб Хаим – всегда со мной.
Какая боль, какая боль,
Ваш образ Реб Хаим – всегда со мной.
Меня зовут Боря, Боря Фельдман,
Я пришел в эту школу совсем недавно,
Но лишь химия, иврит занимает сознание,
Я сильно взволнован.
Я вижу пред собой его белые руки,
Такой длинный нос на волосатом теле,
В зубах зажимает билет на Воронеж,
Я закрываю глаза.
Припев:
Меня зовут Мейлех, Мейлех Трубицын,
Я не курю ничего слабее Примы,
Но только почуяв запах Парламент,
Я тушу сигарету.
Я вижу пред собой его белые руки,
Такой длинный нос на волосатом теле,
В руках у него мои сигареты,
Я закрываю глаза.
Припев:
Какая боль, какая боль,
Ваш образ Реб Хаим – всегда со мной.
Какая боль, какая боль,
Ваш образ Реб Хаим – живой и злой.
Баал-Шем-Тов
(На мотив песни Ю. Лозы: «Плот»)
Темный лес, где полумрак,
Не нарушит солнца луч,
Весь в грезах и мечтах,
Мальчик сирота сидел.
Взглядом он окинул лес,
Старца – цадика увидел,
Голос будто бы с небес,
В тишине лесной звучал.
Припев:
Да, мой друг,
Все, что ты видишь вокруг,
Горе и сердца недуг,
Радость и детский смех.
Знай всегда,
Все, что увидят глаза,
Все, что услышишь вокруг,
Свыше от Б-га, знай!
Много лет прошло с тех пор,
Мальчик повзрослел, и вырос,
Но со старцем разговор,
В сердце у него звучал.
Как-то встретились они,
Вместе в горы удалились,
Старец все глубины Торы,
Перед юношей раскрыл.
Мивцоим в Москве
(На мотив песни группы
«Кабарэ дуэт «Академия»: «За пивом»)
Ко мне подошел бородатый старик,
Когда я гулял по Москве.
Старинный тфилин он достал из мешка,
И накрутил на руку мне.
Вернувшись домой, я забыл про дела,
Мезузу повесил на дверь.
Из паспорта старого я прочитал,
Что я по рождению – еврей.
Из книжного шкафа достал я сидур,
Который не видел сто лет.
И пару замшелых страниц пролистнув,
Нашел я красивый куплет.
Ани маамин бэемуна шлейма,
Бевиас Ѓамошиах.
Ани маамин бэемуна шлейма,
Бевиас Ѓамошиах.
Там в ешиве одной
(На мотив песни из к/ф «Бриллиантовая рука»:
«Про зайцев»)
Там в ешиве одной,
Очень светлой, красивой,
Даже если вокруг,
Опадает листва.
Там учили Хумаш,
Молодые хасиды,
И при этом напевали,
Славные слова.
А нам хорошо, есть сидур большой,
Под названием – «Теѓилат Ѓашем»,
Мудр будет тот, кто три раза в день,
И отбросив лень молится Ѓашем.
Надо нам хасидам
Надо, надо, надо нам хасидам,
Танию ревностно учить.
Чтобы стали в мире все аиды,
Б-гу срадосью служить.
А мы все молимся, читаем Ребе мы,
Среди Хабада здесь никто не хмур.
И даже солнышку мы скажем на небе,
Ты освещай всегда родной сидур.
Шабос койдеш
(на мотив песни из к/ф «Приключение электроника»:
«Крылатые качели»)
Шабос койдеш и аиды,
Могут славно посидеть,
И веселые хасиды,
Начинают песни петь.
Позабыты все заботы,
Можно только отдыхать.
И приятней нет работы,
Чем лехаим поднимать.
Вздымаем взоры к Ребе мы,
И не ведая преград,
Еврейские напевы,
Звучат, звучат, звучат.
Хабадские нигуним,
Летят, летят, летят.
Сиреневый туман
(На мотив песни: «Сиреневый Туман»)
Сиреневый туман в мисраде проплывает,
Над Месивтой горит полуночная звезда.
Реб Хаим не спешит, Реб Хаим понимает,
Еще один прокол и уезжаю я.
Припев:
Он смотрит мне в глаза и руку пожимает,
Уеду я на год, а может быть на два,
А может навсегда он друга потеряет,
Еще один прокол и уезжаю я.
|
Moide ani
Kazhdoye utro, kogda prosnus’ya,
Otkroyu glazki I govoryu:
Sposibo B-gu za moyu dushu,
Za to, tchto dal mne noviy den’
S dobrim utrom, Gan Isroel,
Lutchshiy lager’ vsey strani!
Prosipaysa, podnimaysa,
Lutchshiy lager’ vsey zemli.
Moyde ani lefonecho
Melech chay vekayom
Shehechezarto bi nishmosi,
Bechemlo, rabo yumunosecho.
Mivtzoim
Slushayte vnimatel’no
Grazhdane yevrei
K tchemu vas prizevayet
Lubavitcheskiy Rebe.
Shtob devotchki I zhenshini
Zazhgli k subote svetchi
A delo dla muzh-tchin
Nakladivat’ tfilin.
Mezuzu poves’ v dveri
A ya ya yay
Den’gi v tzdoku naberi
A ya ya yay.
Sifrey koydesh pokupay
A ya ya yay
I pobol’she ich tchitay
A ya ya yay
Kosher strogo sobluday,
A ya ya yay
Vsech lubi i uvazhay
A ya ya yay.
I togda moshiach skoro k nam pridyot,
V eretz Isroel vsech nas privedyot!
Gimn Chabada
Mi pod vzgladami kosimi,
Rodilis’ kak svet v notchi,
V gushe tomnich let rossii,
V gorodke Lubavitchi.
V okravavleniye godi
Mi kupinoyu gorya,
Veru nashego naroda
Pronesli skvoz’ lagerya.
Chorus:
A mi chabadniki, Mi delu predani
Ee, veroy zakaloniye, Mi sberegli I donesli
Skrizhalee nam vru-tchoniye!
Blizorukomu darogu
Mi pomozhem otiskat’
A gluchomu golos B-ga
V svoyom sertze uslichat’.
Ani-mev-shemu molitvoy
Raspachnyom kak dver’ usta,
I togo podnimim v bitvu,
Kto barotza perestal.
Chorus:
Mi dolgo shli,
Skvoz’ bol’ zemli,
No veroy zakaloniye,
Mi sberegli I donesli
Skrizhalee nam vrutchoniye!
V tchom razgadka nashey seeli –
Molodeim mi v puti,
Nashi nedrugov magili
Ostayutza pozadi.
Tora nashey seeli tayna,
Slovu B-ga net prigrad,
Kudsho brich hu veoyrayso
Veisroel kulo chad.
Chorus:
Ashreynu, matov cholkeynu,
Uma noim geyroleynu
Uma yofo yofo yofo,
Yofo Yerushoseynu!
Mi armiya Admura
Chorus:
Mi armiya Admura, I pro nas
Ves’ meer peredovoy vedot raskaz,
O tom kak v dni opasniye
Proshli granitzi krasniye,
Vo-oruzhoniye do zubov
I vse kak odin gotov.
Mi yunaya strazha sedogo naroda
Mi smeliye I stoykiye, redi Tmimov,
Deviz nash: “Limud hatoyro”,
Nash Lozung: “Avoydas Haboyre”
Kleetch nash prizivnoy:
“Bud’ gotov, bud’ gotov”!
Slezhkoy, abmanam, predatel’stvom podlim,
Put’ nash useyal ozlobleniy vrag.
No mi zhe, splotivshis’, yedinoy semyoyu,
Vsyo vishe vzdimayem Tmimovskiy nash flag.
EnKeVeDe nam gotovil: udar za udarom,
No mi ne zdavalis’ v neravnam bayu.
S veroy v pobedu zari osvobazhdenya,
Mi prodolzhayem rabotu svayu.
Druzey nashich mnoga v tyurmach I ssilkach,
Da I bil zhe srazhon neodin nash geroy.
Mi, yunaya strazha, idyom im na smenu,
I s nami idyot nash geroy miravoy.
Pod natiskom vrazheskim goneniy I terora,
Krepnit nash bratskiy soyuz Tmimov.
V otvet na gonenya vezde razdayotsya,
Nash klitch prizivnoy:
“Bud’ gotov bud’ gotov!”
Gidaliya Guber
Chorus:
Ne budu rabotat’ v subotu ya,
Ne budu rabotat’ v subotu ya,
Dvoynaya troynaya plata,
Ne zastavat rabotat’ v subotu mena!
Eto svatoy Shabat!
Ya est’ Gidal’ya Guber, i ya ne otchen’ mal:
Sravnit’ choteli s tumboy – Ya merit’sa ne stal.
Rabotat’ delo slozhnoye mogu odnoy rukoy.
Shest’ dney rabotat’ mozhno no tol’ko ne sed’moy.
Odnazhdi stroil dom ya, on bil bol’shoy uzhe.
Ya kirpitchey nyos stopku, na sotom etazhe.
No tut shabat nagryanul, Ya kriknul: “Beregis’!”…
Po storonam ne glanuv, Ya sbrosil stopku v niz.
Ya bil I mashenistom, i vyol lokomotiv.
Pustil sostav so svostom Ya, par vo vsyu pustiv.
K shabatu celo soltze, nel’za rabotat’ nam,
Ya viprignul v bolottze, um-tchalsa poyezd sam.
Rabotal kak to v shachte I poteryal dnyam stchot.
A kak uznat’ na vachte, Kogda shabat pridyot?
Ya v zemlu stal vgrizat’sa, Kapal ya tchas podryat.
A viliz… po yaponski Vokrug vse govoryat.
V gorach veli dorogu, Skalu nam ne prorit’.
Drugoy bi beel trevogu, Shabat mog nastupit’.
Nedumaya, chvatayu Vsu goru za boka.
Nemislemuyu massu, Zabrosil v oblaka.
Niryal ya v more s pirsa. Sud’ba kidayet fint –
Shtanami zatzepilsa Za korabel’niy vint.
Ne mog ya otzepitza Prishlos’ mne poyavitza
Na shabos s karablyom.
V odnoy iz putishestviy, Poverite li vi,
V odnom bezludnom meste Nas okruzhili l’vi.
Svedyonimee gubami Mne kriknuli: “Pali!”…
Na etot raz so l’vami Shabat mi proveli.
Shtobi rasshepit’ mne atom, Utchilsa, son zabiv.
Rodnim stal doctor brat, Kogda razdalsa vzriv.
Vernuvshis’ s “tovo sveta”,
Skazal ya vsem, kak brat –
Net lutch-shego lekarstva, Tchem sobludat’ Shabat.
Mis Kenedee vse znayut, Rabotal ya I tam.
Tam vishel tararam, Temneyet, mi oovyaznem,
Otvetstvenost’ na mne. Nazhal ya knopku…
Prazdnik bil vstretchen na loone.
Kogda bil astranaftom, Mezh zvyovdami letal,
I uzh pod vetcher kak to Tchuzhich ya povstretchal.
U brat’yev marsianskich Ya bil kak starshiy brat.
I nautchil ya vsech ich, Kak sobludat’ Shabat.
Odeti vse naryadi, I ya gotov k tomu,
Tchto praznitchniye trapeze, Iztcheznut v moyom rtu.
Svershu ya kidush tzarskiy Nad botchkoy vina.
Takaya vot subota, Vsevishnim nam dana.
March Chabada
Iz lubavitchey pesna zvutchit,
I zavot nas za Rebbe idti,
Esli ti nastayashiy chosid,
Znatchit s nami tebe paputi!
Shtob lubil bi yevreya yevre,
Shtob yevreyskoye s-tchast’e nashol,
Shtob nash Chram bil otstroyen skorey
Nado shtobi Moshiach prishol!
Chabad – Moshiacha otryad!
Chabad – ogni v sertzach gorat
Chabad! Sevodna I seytchas –
Moshiach raskroyet-tza dla nas!
Harabbi Shlita
Harabi Shlita, Harabi Hamoshiach,
Ain komoicha baolam.
Harabi Shlita, Hamelech Hamoshiach,
Ohavim otcha kulam.
Veheishiv lev avot al bonim,
Bekeruvat shel hakol hayehudim,
Beahavat isroel uvishney acar hapsukim
Navi bimheyra at hagoel.
Yachad, belev Achad,
Vekulam keachad.
Al yedey haramatgan hagadol mikulam,
nitgaber al haolam.
Ohavto oysonu
Oto vsech narodov ti nas vibiral,
Oto vsech narodov ti nas polubil.
Ohavto oysonu mikol’ hoamim.
Shum v lesu
Shum v lesu zvukayet,
Bat’ka v lesu svaich detey shukayet.
Deti deti gde zhe vi bilee,
Shto pro menya tak pozabili?
Deti deti ideete do domu,
Grusno mne sidet’ odnomu.
Bat’ka bat’ka kak nam priyti,
Kogda storozh stoit na puti.
Daloy golus!
Kogna k nam pridot Moshiach,
Mi otstroyem noviy chram.
Kogda k nam pridot Moshiach,
Chram vozdvignem k nebesam.
Evreyi kritchat: “Ad mosay!”
Evreyi kritchat: “Do koli!”
Evreyi kritchat: “Daloy golus!”
Evreyi kritchat: “Moshiach seytchas!”
Shagi Moshiacha
(Ttto: Foot steps)
Slishish zvuk shagov? Idyot Moshiach.
I shagi vsyo grom-tche vsyo sil’ney.
Slishish pesni radosniye, slishish –
I vesyoliy zvonkiy smech ditey!
Chorus:
Znayesh potchemu ves’ mir likuyet?
Znayesh potchemu ves’ mir poyot?
Ni o kom Moshiach ne zabudet
I v svyatuyu zemlu privedyot.
V sertze pronikayet zvuk shofara,
V yasnich nebesach aryol parit.
Radost’ vsech pod krilyami sobrala,
V mire shastye I lubov’ tzarit.
Chad gadya
Introdaction to song.
Chasidishe meaning of it.
Otetz kozlenka mne kupil,
Dve tzelich zuzi zaplatil.
Kozlenok, kozlenok.
Nedolgo zhil kozlenok moy,
Zagriz ego kotishe zloy.
Chorus:
Otetz mne sam ego kupil,
Dve zuzi zaplatil.
Kozlenok, kozlenok.
Potchuyav krov’, pes pribezhal,
Kota zhestokogo isterzal,
Kotoriy kozlenka zadral.
Dubinka, ne sprosiv, kto prav,
Svershila sud, psa nakazav,
Za to, tchto na kota nasel,
Kotoriy kozlika zael.
Ogon’ do tla dubinku szheg,
Svalivshuyu sobaku s nog,
Za to, tchto na kota nasel,
Kotoriy kozlika zael.
Zhurtcha-vortcha rutchey pritek,
Zalil, zatmil nash ogonek,
Tot samiy, tchto dubinku szhog,
Svalivshuyu sobaku s nog,
Tot samiy, tchto na kota nasel,
Za to, tchto na kota nasel,
Kotoriy kozlika zael.
Prishel vol, vipil rutcheek,
Gasivshiy yarkiy ogonek,
Tot samiy, tchto dubinku szhog,
Svalivshuyu sobaku s nog,
Za to, tchto na kota nasel,
Kotoriy kozlika zael.
Reznik nozhu vola obrek,
Kotoriy vipil rutcheek,
Tushivshiy yarkiy ogonek,
Tot samiy, tchto dubinku szheg,
Svalivshuyu sobaku s nog,
Za to, tchto na kota nasel,
Kotoriy kozlika zael.
Podkralas’ smert’ ispodtishka,
Svela v mogilu mesnika,
Shto ya uboy vola obryok,
Kotoriy vipil rycheyok,
Tushivshiy yarkiy ogonek,
Tot samiy, tchto dubinku szheg,
Svalivshuyu sobaku s nog,
Za to, tchto na kota nasel,
Kotoriy kozlika zael.
Otnimet B-g u smerti metch,
Speshivshey myasnika upetch’
Tchto na uboy vola obrek,
Kotoriy vipil rutcheek,
Tushivshiy yarkiy ogonek,
Tot samiy, tchto dubinku szheg,
Svalivshuyu sobaku s nog,
Za to, tchto na kota nasel,
Kotoriy kozlika zael.
Moishele
(Ttto: «Goluboy Vagon»)
Golubiye volni ubegali v dal’
Soltze zalivalo nebesa,
Moishele s otzom na beregu gulyal,
V daleke slishni ich galasa.
Chores:
Kazhdomu chotchetsa vsyo ponyat’, vsyo uznat’,
Vzglyadom okinut’ vsyo, pryamo kak v kino.
Net somneniya gde smotret’, gde iskat’,
V Tore koneshnozhe vsyo otrazheno.
Papa raskazhi mne o tvortze zemli,
Moishele uprashival otza.
Ti poprobuy, sam otvet opredeli,
Posmotri, sinok na nebesa.
Goluboye nebo ne obyatnoye,
Bereg akeana ne nayti:
Tak zhe nasha Tora bezgrani-tchnaya,
Tak k atvetu Moishe smog priyti.
Gluchaya komorka
(Ttto: «Mamantyonka»)
Gluchaya komorka tchut’ teplutza svetchi,
Sidini skrivayut utchitelya pletchi,
V krug rebbe rasselis’ detishki –
Prostiye dev-tchyonki, mal’tchishki.
Skazhite mne deti, skazhite rebyata,
Imelali silu zlodeystvo kogda-ta?
I mozhet li vera yevreya,
Bit’ slomlena koznyu zlodeya?
Pust’kay zamishlayut, pust’ zamisli stroyut,
Ot zlobi bessil’noy pust’ yadom ischodyat,
No tak ne bivayet na svete –
Ved’ mi zhe Vsevi-shnego deti.
Rebbe
(Ttto: «Pirkey Tehilim»)
Pirchey Tehilim sheptchut oosta,
Vnov’ obraz Rebbe, pred nami predstal.
Pros’ba odna u nad v etot tchas:
Pridi zhe, Moshiach seytchas!
Tvoee deti metch-tayut, s toboy bit’ vnov’,
Dokole nam zhdat’ etoy vstretchi?
U nas net bol’she sil, potchemu ne teper’?
Otkroy zhe otkroy zhe nam dver’!
Course:
Rebbe, oy Rebbe nam nuzhen!
Hashem Hashem, stchal’sa!
Prishli izbavlenye,
Uslishzhe tin as,
Mi chotim Moshiach seytchas!
Nasha emuna proshla skvoz’ veka
Geula sovsem uzhe ne daleka
Nashoo emunoo ni tchem ni slomat’
Net ne chatim bol’she zhdat’.
Pis’mo Rebe
V As As As Ar yevreyskiy mal’tchik zhil,
S otzom podpol’no,
Toru on utchil.
Shto on yevrey – gordilsya on,
Shto vipolnyayet
Bozhestveniy zakon.
Pis’mo reshil on Rebbe napisat’,
O tom, tchto trudno mitzvoys ispolnyat’.
Soveta prosit, kak zhe yemu bit’,
Yevreyu trudno v strane sovetskoy zhit’.
Otvet ot Rebbe mal’tchik polutchil
Vsevishniy chotchet shtob ti sil’nim bil,
V tebya ya veryu shot ti ustaish,
I Yeytzer-Horu pobedish.
Otvet ot Rebbe mal’tchik polutchil:
Vsevishniy chotchet, shtob ti sil’nim bil.
Teper’ tot mal’tchik pravedniy yevrey,
Vstre-tchat’ Moshiacha zhelayet poskorey.
Hashem is here
(Ttto: ''Hashem is here'')
Hashem on tam,
Hashem on zdes’,
Hashem povsyudu I vezde. /2
Sverchu I vnizu,
Sprava, sleva I vokrug,
I kuda tin ne poydyosh
Ti yego naysyosh. /2
Neshomo
(Ttto ''Krakadil Gena i Cheburashka'')
Ya bil kogdato stranoy
Neshomoy bezimyanoy,
K kotoroy tam na nebe
Nikto ne podchadil.
No vot nastalo vryemya,
Teper’ ya stal yevreyem
I pryamo v telo
Hashem menya spustil.
Noo shto eto za delo –
Dushe meshayet telo,
Neshoma nasha chotchet
Vse mitzvois ispolnyat’.
A telo chotchet kushat’
I yeitzer horo slushat’
I lopat’ salo,
I netchevo ne znat’. (2 times)
No yest’ u nas ne malo
I dobravo natchala,
Yego mi budem slushat’
I kak yevreyi zhit’.
Mi izutchayem Toru,
Pridyot Moshiach skoro,
Mi znayem totchno,
Neshoma pobedit.
Oifen pripitchek
(Ttto: «Oifen pripechek»)
Domik malen’kiy,
V komnate teplo,
Oganyok garit.
Tam s utchitelem,
Deti maliye,
Utchat alfavit.
Detki, pomnite,
Moi miliye:
Kometz alef – o.
Povtorite vi
I zapomnite:
Kometz beis – bo.
Maliy Chram
(Ttto: «Podmoskovniye vechera»)
Eto bilo tridtzat’ vekov nazad,
Vsem yevreyam B-g prikazal,
Shtob pastroili
Chram sredi sebya,
I Vsevishniy tam obital.
I seytchas vezde,
Gde zhivyot yevrey,
Sinagoga yest’ maliy chram,
Tam mi utchimsya,
Tam mi molimsya,
I s druzyami vstre-tchayemsa tam.
A kogda pridyot tzar’ Moshaich,
I otstroyet Bet Hamikdash,
Kazhdiy maliy Chram,
On voz’myot s saboy,
I koneshno voz’myot I nash.
I u vchoda v chram
Ulibnyotza nam
Rebbe Shlita, Rebbe nash.
Podarok
(Ttto: “Vayehi bishurun meleсh”)
Hashem nam dal podarok,
Shtob druzhno stali zhit’ –
On Toru nam dal,
I skazal yeyo utchit’
Svoy dar, otdnazhdi lyudyam,
Reshil on pokazat’.
Oni otkazalis’.
Yego padarok vzyat’
I poshol k yevreyam,
On s Toroyu togda.
“Naase venishma” –
gotovi mi vsegda.
Budem delat’ to,
Tchto, velit nam Tora vsem,
“Naase venishma” –
S nami Hashem.
Shto takoye Tora
(Ttto: “Tchunga-tchanga”)
Tchto takoye Tora? Eto plan!
Po nemu hashem ves’ mir sozdal.
Gori, rekee, nebo I tzveti,
Abnaruzhit’ v Toreh smozhesh ti.
Chorus:
Shtob borotzya s Yeytzer horo,
Vse yevreyi utchat Toru,
I ot nashey Tori
Tchachnet Yeytzer hora
Tchem mi lutche Toru utchim,
Tem stanovit’sa mir litch-she
I v kontze kontzov, ptidyot Moshiach skoro!
Shto takoye Tora? Nash zakon!
Spravedliviy on, I mudriy on.
Vsech voprosov nam ne peretchest’,
I na vse otveti v Tore yest’.
Ptitchka
(Ttto: “The little bird is calling”)
Zavyot shebetchit ptitchka,
Vernut’ bi yey pakoy.
No ranena pevitchka,
Net sil letet’ damoy.
V lavushke telo noyet,
Sud’ba yeyo gor’ka.
Ach, gde gnezdo rodnoye?..
Svaboda daleka.
A ptitchka – serebryanka,
Sto stala mne kak drug,
Vsyo rvyottsa iz kapkana,
Svoy svet darya vokrug.
Kak dolog put’ stradaniy,
Tchto zhdyot nas v peredi?
Kagda pridyot spasenye,
Kto nas asvabadit?
Ta ptitchka – mi, yevreyi,
Ochotniki nash grech.
Izgnanye nashee bedi,
Ano adno na vsech.
Gnezdo Yerushalayim,
Kuda mi vse pridyom.
Spasitel’ nash - Moshiach,
Yego to mi Ee zhdyom.
“Tum balalayka”
Tum bala, tum bala, Tum balalayka.
Tum bala, tum bala, Tum balalayka.
Tum balalayka. Shpil’ balalayka,
Tum balalayka, Freylach zol zan’.
Stoit, stoit, stoit u dverey –
Dve tisyatchi let stoit tam yevrey.
On znayet on veret, on veret Ee zhdyot,
Kagda zhe kagda zhe Moshiach pridyot.
Pust’ vsegda
(Ttto: ''Solnetchniy krug'')
S Toroy idti, vsegda I vezde –
Samoye lutch-sheye v zhizni.
Yesli b ne Bog – propal bi narod,
A s nim nikogda ne propadyot.
Chorus:
Pust’ vsegda utchat Toru,
Pust’ vsegda lyubyat Mitzvois,
Pust’ zdorov budet Rebbe
I Moshiach pridyot.
Koyach
(Ttto: «Koyach»)
Vse na svete znat’ dolzhmi –
Vot, kakiye mi maladtzi!
No, koneshno pomnim mi,
Kto dayot nam koyach.
Chorus:
Koyach koyach koyach,
Kto dayot nam koyach?
Koyach koyach koyach,
Hashem dayot nam koyach.
Silu nam Hashem dayot,
Koyach - mi yeyo zavyom.
S neyu mi pomozhem vsem,
I togda spoyom:
“7:40”
(Ttto: «7:40»)
Stroyim mi sinagogu,
Budem molit’sa B-gu,
Shtobi Moshiach
K nam nashol darogu.
I shtobi vse yevreyi,
Sobralis’ poskoreye,
I Beys Hamikdosh
Bil otstroyen vnov’,
I vmeste s Rebbe budem mi togda,
I stchastlivi mi budem navsegda.
Tzomo lecho nafshi
(Ttto: ''Tzomo lecho nafshi'')
Ech ti duren’ marko,
Tchto ti yedesh na yarmarku,
Ne kuplyayesh, ne prodayesh,
Tol’ko robish svarku.
Ay, tzomo, tzomo, tzomo,
Tzomo lecho nafshi,
Koma, koma, koma, koma,
Koma lecho vesori.
Shabos
(Ttto: ''Mikoylos maim rabim'')
Yesli b u menya bilee seeli,
Ya bi gulyal bi notchyu,
I Ya kritchal bi “Shabos,
Shabos shabos shabos.
Shabos hayom lashem,
Shabos hayom lashem!”
Mikoyloys maim rabim,
Maim rabim, adirim,
Adirim, mishberey yom,
Adir bamoroym Hashem.
Who knows one?
Who knows one? (2.3.4…)
I know one! I know one!
One is Hashem, One is Hashem,
One is Hashem.
In the heavens and the earth,
Uh-Ah! Uh- Ah- Ah! Uh-Ah! Uh-Ah Ah!
Twelve are the tribes of Israel,
Eleven are the stars in the Yosef’s dream,
Ten are THE commandments,
Nine are the months before the baby’s birth,
Eight are the days of the Bris (chop-chop),
Seven are the days of the week (boom-boom),
Six are the books of the Mishnah,
Five are the books of the Torah,
Four are the mothers and
Three are the fathers,
Two are Luchos that Moshe brought and
One is Hashem… (x3)
Ech ti, zemlyak
Ech ti zemlyak, zatchem ti durak!?
Ya tebe raskazivayu, Ya tebe ras-tchi-tivayu:
Odin, odin u nas B-g.
Shto na nebe, shto na zemle, adin u nas B-g.
Sluzhba nasha nasha druzhba, nasha yevreyskaya.
Tchetirnatzat’ knig Rambama,
Trinatzat’ tchert milaserdiya,
Dvenatzat’ u nas kalen Izraila,
Odinatzat’ u nas zvyozdotchek,
Desyat’ u nas zapovedey,
Devyat’ mesyatzev rozhdeniya,
Vosem’ dney abrezaniya,
Sem’ dney nedeli,
Shest’ knizhek Mishni,
Pyat’ knizhek Tori,
Tchetire nashich matushki,
Tri nashich batyushki,
Dve nashich tabli-tchki
Adin u nas B-g
Shalom alechem
Sholoym aleychem, Malachey hashoreys,
Malachey yul'yoyn,
Mimelech malchey hamlochim
Hakodoysh Boruch Hu. (ch3)
Boyachem lesholoym,
Malachey hasholoym,
Malachey yul'yoyn,
Mimelech malchey hamlochim,
Hakodoysh Boruch Hu. (ch3)
Borchuni lesholoym,
Malachey hasholoym,
Malachey yul'yoyn,
Mimelech malchey hamlochim,
Hakodoysh Boruch Hu. (ch3)
Tzeyschem lesholoym,
Malachey hasholoym,
Malachey yul'yoyn,
Mimelech malchey hamlochim,
Hakodoysh Boruch Hu. (ch3)
Ma nishtano
Ma nishtano halaylo haze mikol haleyloys?
Shebechol halyuyloys yuyn onu matbilin,
Afilu paam yuchos, halaylo hazyu shtyuy feomim.
Shebechol halyuyloys onu oychlin,
Chomyuytz oy matzo, halaylo hazyu kuloy matzo.
Shebechol halyuyloys onu oychlin sheor erokoys,
Halaylo hazyu moroyr.
Shebechol halyuyloys onu oychlin byuyn yoyshvin,
Uvyuyn mesubin, halaylo hazyu kulonu mesubin.
Proshal’naya pesnya
I vot ya stayu u paroga
Na lager’ brosayu ya vzglyad:
Pustiye polya I lavki krugom
Budto plakat’ so mnoyu chotyat…
Kak bilo prekrasno to vremya,
Tchto v lagere mi proveli –
Pochodi, exkursii,
Pesni i sport,
Nam snilis’ prekrasniye sni.
Chores:
Kak gor’ko seytchas
So vsem rastavat’tza,
Chotel bi s toboy
Gan Isroel ostat’tza
No vot nam para,
Mi trogayem v put’ –
Voditel’ postoy chot’ tchu-tchut’!
Ya mnogomu zdes’ nautchilsya;
Vsyo mame chotchu raskozat’ –
Kak Toru utchit’
I shabat sablyudat’,
I kak mitzvois
Dolzhni ispolnyat’.
Lager’ ti dal mne put’ v zhizni –
Yevreystvom gordit’sa vsegda.
Moy opit svoim druzyam peredam,
Ne zabudu tebya nikagda.
Stav ya piti
Stav ya tipi u pyatnitzyu, u pyatnitzyu.
Propiv ya ya propuv svoyu telitzyu.
Treba treba znati yak gulyati,
Treba treba znati yak brechati.
Oy, chezhbon tzedek otdavati,
Pered panom chozyainom otvitchati,
Ay, mi pyem da pyem, da mi gulyayem.
Un mir trinken yayin azoiy vi moyim,
Un mir zogen ale tzuzamen lechaim
Veato tishma min hashomayim.
Stav ya tipi u subotu, u subotu.
Propiv ya ya propuv svoyu rabotu.
Treba treba znati yak gulyati,
Treba treba znati yak brechati.
Oy, chezhbon tzedek otdavati,
Pered panom chozyainom otvitchati,
Ay, mi pyem da pyem, da mi gulyayem.
Un mir trinken yayin azoiy vi moyim,
Un mir zogen ale tzuzamen lechaim
Veato tishma min hashomayim.
Vihi sheomdo
Vehi sheomodo lavoysyuynu velonu,
Sheloy yuchod bilvad omad olyuynu lechaloysyuynu.
Alo shebechol doyr vodoyr,
Oymdim olyuynu lechaloysyuynu,
Vehakodoysh boruch hu matzilyuynu miyodom.
Vsem sertzem polubit’
(Ttto: ''To love the fellow Jew'')
Vsem sertzem polubit’, Obidi vse zabit’,
I t’oplaye skazat’ yevreyu slovo.
Ved’ bratya on Ee ya, Mi vse adna semya,
I kazhdiy zdes’ v otvete za drugovo.
Za vse sto dvatzat’ let, Dusha nesyot otvet,
Za vso shto mozhet zdelat’ v etom mire.
Moshiach k nam pridyot, Ot nas otvet on zhdyot –
Kak mnogo sil mi drugu posvyatili.
Chabad Lubavitch
(Ttto: ''Kombat'')
Chabad – Lubavitch, Lubavitch – Chabad,
Sobral v Gan Isroel atlitchnich rebyat,
Letyat samalyoti, mashini speshat,
Chabad nash Chabad nash Chabad.
Chabad – Lubavitch, Lubavitch – Chabad,
Mezuza, tfilin, tzdaka I shabat,
Traditzii Tori uznat’ kazhdiy rad,
Chabad nash Chabad nash Chabad.
Chabad – Lubavitch, Lubavitch – Chabad,
Zdes’ tol’ko kashernuyu pishu yedyat,
I salo voshlo v spisok vetchnich utrat,
Chabad nash Chabad nash Chabad.
Chabad – Lubavitch, Lubavitch – Chabad,
Ti “Gan Isroel” prevratil v rayskiy sad,
Zdes’ kazhdiy drug drugu tovarish I brat,
Chabad nash Chabad nash Chabad.
Chabad – Lubavitch, Lubavitch – Chabad,
Za nami Rassia, Maskva I Arbat,
Goryat yego svetchi I dushi goryat,
Chabad nash Chabad nash Chabad.
Sdelay obrezaniye
Shto praizoshlo – sam ne ponimayu:
K moelyu ya poshol, i zdelal obrezaniye.
Vse moi druzya poyut I pozdravlyayut:
– yesli ti yevrey – zdelay obrezaniye!
Tchustvuyu sebya prekrasno I otlitchno,
To tchto ya yevrey – ya oshushayu litchno.
Devushki moi, vse tozhe otchen’ radi:
Zdelay obrezaniye, grustit’ tebe ne nado!
Imya polutchil, prikol’no dazhe klasno,
S B-gom ya teper’, obshayus’ otchen’ yasno.
Zapoved’ odnu, vsegda ya ispolnyayu,
Ti ne zdelal, net? Tebya ne ponimayu!
Gimn Mesivti
(Ttto: «Nadezhda»)
Snova pokidayem gorada,
Snova mi otorvani ot doma,
Snova vozrashayemsya tuda,
Gde sertza blizki adno k drugomu…
Mama s papoy budut taskavat’,
No ved’ po-drugomu ne bivayet –
Chasidim ne pristalo gorevat’,
Kto idyot v peryod – ne univayet!
Chorus:
Mesivta – lutch sveta vo t’me,
Kotoriy vedyot pryama k B-gu,
Kto verit I predan tebe –
Tamu ti ukazhesh darogu!
Den’ za dnyom – tak praletyat gada,
V raznich stranach mozhem okazat’sya –
Mesivtu ne zabudem nikogda,
V sertze nashem yey na vek ostat’sya!
Mesivtskaya pesnya
Mi priyechali v mesivtu s raznich dorog,
I popali srazu na chasidskiy urok,
Ya utchus’ v Mesivte menya utchat tchitat’
Na ivrite na idish, no ni tchego mne ne ponyat’.
Ivot mi proutchilis’ v mesivte tzeliy god,
I skoro dlya nas posledniy zvonok.
Chorus:
U-a ya lyublyu tebya, u-a Mesivta moya.
Chaim-Oizer lyubit vsech nas rugat’,
No vsyotaki on nam kak mat’,
Moishe-Boruch lyubit vsech nas vesilit’,
A Reb Reuven s nami taniyu utchit’.
Levi-Itzchok ne otchen’ dobr, no vesyol,
A reb Mendel u nas kak mezoynes bol’shoy.
Eli Goldshtein lubit nakazan’ye davat’,
A reb Boruch vsegda govorit – : “Seytchas Maariv”
Priyezhayte k nam v Mesivtu,
Zdes’ budet vis-shiy klas.
Vi poznaite yevreystvo,
Kak prinyato u nas.
Am Isroel bud’ dobrey
Am Isroel bed’ dobrey,
I moshiach k nam prodyot skorey.
Mi dolzhni yego dozhdat’sya,
V etom nasha sluzhba, bratzi!
Moshiach nuzhen nam teper’
Moshiach nuzhen nam teper’
Moshiach nuzhen nam teper’
Mi ne mozhem zhdat’!
Mitzva, yesho raz, mitzva
(Ttto «Hava nagila»)
Mitzva, yesho raz, mitzvah,
Yesho raz mitzvah yesho raz mitzvah
Budem ich ispalnyat’,
Shabes sabludat’,
Tfilin adevat’
I tzdaku davat’
Mitzva, gareres mitzvah
Gareres mitzvah gareres mitzvah.
Budem ich ispalnyat’,
Shabes sabludat’,
Svetchi zazhigat’
I tzdaku davat’.
Poka “Gan Isroel”
Vot vretya proshlo uzhe,
Nada skazat’ paka,
Kazhdiy vazhatiy utchitel’
I nash dom Gan Isroel.
Dobro I svet tvoee,
Nas otchen’ udivili.
Kagda ya predstavlyu shto nada nazad
Slyozi tekut slovno grad.
Chorus:
Oh, Gan Isroel, smagu li perezhit’ ya tasku
I yesli uyedu ot suda, to v sertze svayon unesu.
No-o, Gan Isroel, seytchas ya slezhu za saboy
Dusha teper’ totchno znayet
Shto lager’ tin ne prostoy.
Poka Gan Isroel
Seytchas mi poyedim damoy,
Kuda bi ya ne poyechal,
Vsyo vrema ya budu s taboy. /2
Shto takoye Shabes?
(Ttto: ''Shto takoye osen'')
Shto takoye Shabes – eto otdich,
Zhal’ shot on slu-tchayetza ne tchasto
Ot-dichayem mi, s yevreyskim nashim s-tchastyem
Shabes, ya davno s taboyu nebil.
Chorus:
V shabes goi zhgut fanari,
I kartofel’ kushayut free,
V vodke goi topyat petchal’
Nam nel’za s taboyu tak, a zhal’.
Shto takoye kosher – eto mitzva,
Mitzvah zapavedanaya B-gom,
Shtob s kashernim myasom vam ne oshebit’sa
Kasheruyet myaso Iza Kogen.
Shto takoye peysa – eto lokon,
On rastyot obitchno vozle ucha!
Yesli zavernut’sya v nego slovnoye tyopliy kokan
Ne strashna tagda zima starucha.
(Second vertion of the song)
Shto takoe shabes - eto otdich,
Zhal’, tchto on slutchaetsya ne tchasto,
Otdichaem mi, chotya,
s evreyskim nashim stchast’em
Otdich, kak vo vremya tyazhkich rodov.
Chorus:
V Shabos goi zhgut fonari,
I kartofel’ kushayut fri,
V vodke goi topyat petchal’,
Nam nel’zya s toboy tak, a zhal’.
Shto takoe kosher - ato mitzva.
Mitzva eta zapoved’ bol’shaya,
Tchtob s koshernim myasom vam ne oshibit’sya,
Kosheruet myaso Gisser Shaya.
Kosher kushat’ ato ne grech,
Kosher otchen’ polezen dlya vsech,
Esli strogo Kosher blyudesh’
Mozhet v Ray popadesh’.
Tchto takoe peysa - фto lokon,
On rastyot obitchno vozle ucha
Esli zavernut’sya v peysu slovno tepliy kokon,
Ne strashna togda zima starucha.
Peysi ukrashayut muzh-tchin,
Ich stiditsya, netu pritchin,
Shtob nezrya svoyu zhizn’ prozhit’,
Nado peysi nosit’.
Govoryat shto nam yevreyam
(Ttto '' Bremenskiye muzikanti:
Govoryat, mi byaki-buki'')
Govoryat shto nam yevreyam,
Nuzhno mitzvois ispolnyat’.
I Hashem nam dal zadanye,
Iskri svyatosti podnyat’.
Chorus:
Oy lya lya, oy lya lya,
Iskri svyatosti podnyat’,
Oy lya lya, oy lya lya, ach ma!
Nash narod vsegda gonimiy,
Lyubit mitzvois ispolnyat’,
Potomu, shto tcherez mitzvois,
Mozhno chayus polutchat’.
Chorus:
Oy lya lya, oy lya lya,
Mozhno chayus’ polutchat’,
Oy lya lya, oy lya lya, ach ma!
Za tree tisyatchi let raboti,
Mi podnyali iskri vse,
Bol’she net u nas raboti,
Zhdyom moshiacha uzhe.
Chorus:
Oy lya lya, oy lya lya,
Zhdyom moshiacha uzhe,
Oy lya lya, oy lya lya, ach ma!
Vot pridyot k nam tzar’ Moshiach,
I otstroit tretiy Chram,
Budem voznosit’ molitvi,
Pryamo, pryamo k nebesam.
Chorus:
Oy lya lya, oy lya lya,
Pryamo, pryamo k nebesam,
Oy lya lya, oy lya lya, ach ma!
Kol haolam kulo
(Ttto: «Kol Haolam kulo»)
Ves’ mir pachozh,
Na otchen’ uzkiy most,
Na otchen’ shatkiy most,
– atot mir pachozh.
Ti ponemu idyosh,
Neznayesh skol’ prodyosh,
Neznayesh skol’ prodyosh,
V propast’ upa dyosh.
Chorus:
V mire yest’ adin lish zakon,
Ne boyatsa strach pobedish,
Do kantza praydi,
Tol’ko sil’nim bud’!
Yevreyskiye muzikanti
(Ttto: ''Bremenskiye muzikanti'')
Nitchego na svete lutch-she netu,
Tchem bednamu yevreyu dat’ manetu,
Tchem v Yom Kipur slavno papostit’sa,
Tchem poutru shachris pomalit’sa.
Mi svayo prizvanye ne zabudem,
Svet I radost’ mi prinosim lyudyam,
Nashu veru v pravednogo B-ga
Nezamenit nikogda trevoga.
Nasha tzel’ yevreyev izbavlenye,
Kontchit’ nekove-tchnoye mutchenye,
Nashe stchastye zhit’ odnim narodom,
Vapreki lyubim neporogam.
Mi Chasidim
(Ttto: «Tri mushketera»)
Mi chasidim, from Lyubavitch,
K vam segodnya priezhanto, Ou e,
Odеvanto mi tfilono vse dorogu to i ento,
Alef beys vas nautchanto,
Lishniy shkurka obrezan-to,
I, konetchno vas na SHabes postoyanno priglashanto. Ou-e.
Mi oidi, mi ot drugich otlitchanto afigenno,
Mi chasidim, Chram postoim dos is emes nesomnenno,
Glavno Toru izutchanto, i konetchno ispolnyan-to,
I konetchno den’gi v tzdoko inogda chot’ otdavanto.
Nu a esli, budet gde-to porosenok nam meshanto,
To mi k B-gu napisanto zayavlento ogramento,
I togda svin’ya v grobento popadaetsya, un momento,
A chasidim zog lechim i veseliy negunento.
Mi segodnya v voskresen’e v KVN-to poigran-to,
Vigravanto, progravanto - lo meshanento,
Glavno posle ulibanto, v serdtze kazhdogo vlyublyanto,
I za ento k nam Moshiach nesomnenno pribivanto!
Kagda to zhili v mire lyudee
(Ttto: «Na pole tanki grоchоtali»)
Kogdato zhili lyudi v mire,
Shto verit’ v B-ga ne magli,
A tech, kto veril prevrashali,
Oy v raskalyoniye ugli.
No B-g nash zemlyu ne astavil,
I v te dalyokiye gada,
Zhil gde-to tzadik Avram Avinu
I predan B-gu bil vsegda.
Avram Avinu proatetz nash
Postroil perviy beis chabad
I kazhdiy mimo prochodivshiy
Zaiti k nemu bil otchen’ rad.
Za svayu pravednuyu veru,
V biliye dni bol’shich nezgod,
Avram avinu bil udostoen,
I poradil bol’shoy narod.
Patom narod pashol v Yegipet,
I sil’no bil porabashon,
Poka ne poyavilsa Moishe,
I iz galuta vivel von.
Patom brodili po pustine
I podoshli k gore sinay
Potom tam Toru polutchali
Reshiv shto eto uzhe ray.
Yevrei Toru polutchili
Uzhe tree tisatchi let nazad
I v eto dushu vsyu vlozhili
I kazhdiy bil drug drugu brat.
Kogda pridyot k nam tzar’ moshiach
Postroit tretiy vetchniy chram
I vse yevrei iz galuta
Pridut I saberutsa tam!
Au Au Au
(Ttto: «Au»)
Gde-to mezhdu nebom i zemleyu
Gde-to mezhdu telom i dushoyu,
Gde-to tam v glushi soznaniya,
Ti ti ti a-a-a.
Kto bi ne pisal tebe mativi,
Techno, rok i retchitativi,
S kem bi ti bi ne tusovalsya,
Ti ti ti, a-a-a.
Chorus:
Au-au-au bud’ ti negr s Katmandu,
Au-au-au ti evrey.
Au-au-au Ti podzabey na erundu,
Au-au-au e-he-he-he-y.
Dazhe esli ne evrey tvoy father
Dazhe esli on v razvode s mother
Dazhe esli v golove opilki,
Ti ti ti, a-a-a.
Pust’ ti ne Eynshteyn, ne Aristotel’,
Pust’ ti dazhe ne Kudelin Motya,
Pust’ ti dazhe tvoya familiya Fokin,
Ti ti ti a-a-a.
Kak bi ne kidal tebya tvoy mazel,
Kto bi ne govoril tchto ti shlemazel,
Ti vsem na zlo evrey udatchi,
Ti ti ti, a-a-a.
Menya pitali zhelezom
(Ttto: Splin «Moyo sertze»)
Menya pitali zhelezom, i bili remnyami,
Mne kaletchili telo,
Rubya na kuski.
No Toru svyatuyu,
Do sich por soblyudayu,
Kak bi ne brali,
Moe serdtze v kuski.
Chorus:
A Neshomo k B-gu stremilas’,
A Neshomo chotchet k Nemu,
I tzepotchku evreyskich traditziy,
Nikto ne narushit, ne porvat’ nikomu.
Menya choteli zastavit’,
Prinyat’ musul’manstvo
Ikoni povesit’, tchitat’ kapital,
No idu na molitvu tfilin odevat’,
Chozhu na mivtzoim, kak Rebe skazal.
Mnogo mi natepelis’ za vremya izgnan’ya,
Kotoroe dlit’sya dve tisyatchi let,
No vereli svyato v to, tchto Moshiach pridet,
I raskroet B-zhestvenniy svet.
Chorus:
Moishe Toru polutchil
(Ttto: «Mozes»)
Moyshe Toru polutchil, na gore Sinay,
40 dney on tam probil,
Vay vay vay vay vay,
Moyshe, Tora i gora Sinay,
Moyshe - Tora vay,
vay vay vay vay.
Hop Hop Hop
(Ttto: ''Verka Serdyutchka'')
Nikto menya ne lyubit,
Nikto ni priloskaet,
Poydu ya na farbreygen,
Tch-tob stalo mne tepley,
Istoriyu pro Rebe,
Rebyata mne rasskazhut,
Napomnyat tchto Geulu,
Nam nuzhno zhdat’ skorey,
Chorus:
Hop-hop tchuda hop, Ya nalivayu,
Hop-hop tchuda hop, Ya vipivayu,
Hop-hop tchuda hop, Ya govoryu lechaim!
Potom zatyanem nigun,
I kto to skazhet maymor,
Mi pomoltchim ne mnogo,
I snova zapaem
Pokushaem salatu,
I pozhevav mezoynes,
V storonku stul’ya dvinem,
I tantzevat’ poydem.
Potom potchti pod utro,
Ikaya, spotikayas’,
No s radostnoy ulibkoy,
Bredu k sebe domoy.
A doma kak obitchno,
Menya nikto ne lyubit,
No tot farbreygen tepliy,
Ostanetsya so mnoy.
V Gan Isroel mi popali
V Gan Isroel mi popali,
I konetchno zhe ne znali,
Tchto v kipach nado bit’,
V tzitzise chodit’, blizhnego lyubit’.
No utchitel’ terpelivo,
Obyasnyal nam neradivim,
Kak Pesach soblyudat’,
Chometz sobirat’, a potom, szhigat’.
V mesti seder provodili,
Arba koyses druzhno pili,
I slushali rasskaz, kto evreev spas,
Iz rabstva vivel nas.
Mi po-polnoy otrivalis’,
Veselilis’ i kupalis’.
No zavtra uezzhat’,
Budem gorevat’, po tebe skutchat’.
Chorus:
Gan Isroel v serdtze ti moem,
Ti rodnoy nash dom,
Mi toboy zhivem, O tebe poem, o Gan Isroel.
Prizratchno vso
(Ttto: «Yesli tol'ko mig»)
Prizratchno vse, v etom mire bushuyushem,
Est’ tol’ko B-g, za nego i derzhis’,
Est’ tol’ko B-g, On i v proshlom i v budushem,
Imenno On nazivaetsya zhizn’.
Toru ottzi izutchali v izgnanii,
I pronesli dlya tebya i menya,
I dlya dushi, platchet, tchto v pokayanii,
Tora odna i odin u vas B-g.
Pust’ etot mir vdal’ letit skvoz’ stoletiya,
No ne vsegda mne po dorogi s nim,
Tchem dorozhu, tchem riskuyu na svete Ya,
B-gom odnim, tol’ko B-gom odnim.
Bes yego mutchit
(Ttto: the cartoon
«Priklyuctcheniye kapitana Frungelya»)
Bes ego, bes ego mutchit,
Znayu, tchto mutchit ego nekoshernaya misl’,
Put’ odin, pust’ on poutchit,
Chasidus Chabad i poymyot ego smisl.
Chorus:
Ya znayu tol’ko odin put’ vpravlenie mozgov,
Eto Chasidus Chabad poutchit’,
On tak vpravlyaet mozgi, probuzhdaet k lyubvi,
Tchtobi B-ga smogli mi lyubit’.
Bes ego, bes ego znaet,
Iz-za tchego shacharis ne idet u menya,
Appetit sil’no meshaet,
Bulotchku sъesh’ ti v natchale rabotchego dnya.
Chorus:
Bes ego, bes ego lyubit,
Lyubit za to, tchto gotov on na vse dlya nego,
Pust’ on vse eto zabudet,
Pomnit lish’ tol’ko Tvortza svoego odnogo.
Dyadya Chaim
Dyadya Chaim - choroshiy i prigozhiy,
Dyadya Chaim - vsech yunoshey molozhe,
Dyadya Chaim - tchudesniy nash tolstyak,
Bez dyadi Chaim mi ni na shag.
Dyadya Chaim - ne slishkom on upitan,
V polshestogo utra uzhe ne spit on,
Na zaryadku bezhit on poskorey,
Sledit za telom, ved’ on evrey.
Nogi dyadi, vse chodyat v sinagogu,
Serdtze dyadi polno lyubov’yu k B-gu,
Bukvi Tori, u dyadi na ustach,
Lyubov’ i dobrota u dyadi v glazach.
Ya –Ester
Ya - Ester i mne, bit’ mozhet,
Povezet spasti narod evreyskiy,
Ya tzaritza, tchto pomozhet tzarskoy
milosti dlya vsech dobit’sya,
Zloy Aman ubit’ evreev
zachotel urodetz nedodelok,
Zloy on plan tzaryu naveyav
rezul’tatov zhdet svoich teper’.
Chorus:
Ti - Achashverov, ti nas spasesh’,
Raskroy glaza zhe poskoree,
Tchto,skazhesh’ mne,
Tchto uvidel ti v svyatich evreyach,
Ti chodya bi raz, vsego lish’ raz,
Prishel bi v zhizni v sinagogu,
Tam, lish’ tol’ko tam, ti slishish’ tam,
Ti smozhesh’ istinu poznat’.
No teper’ korol’ moy miliy,
Vibirat’ tebe taki pridetsya,
Ya evreyka, nam vsem vili,
Esli stchast’e nam ne ulibnetsya.
Nu a ti so svoim Amanom,
Ostavaysya pravit’ gosudarstvom,
On, podletz, privik k obmanu,
Nu a ya k narodu svoemu.
B-gu veselo sluzhit’
(На мотив: «Солнечный Круг»)
B-gu veselo sluzhit’,
Nuzhno delom, nuzhno delom, nuzhno delom,
I dushe, konetchno, zhit’,
Lutchshe s telom, lutchshe s telom, lutchshe s telom,
Raz neshoma, dva neshoma, dushi raznie,
Est’ krasivie, A est’ i bezobraznie,
Est’ bol’shie dushi, Est’ i dushi maliye,
No bez tela v zhizni dushu ne vidali mi…
Vso shto tebya kasayetsa
(Ttto: Group «Zveri»)
On tak umelo oruduet mishkoy,
I tretiy god vse sidit v kite gimel,
Iz Char’kova priezzhal kak parnishka,
Seytchas on vzrosliy N’yu-yorkskiy muzhtchina.
A eto tchto, posmotrite na tzeni,
Potchti besplatno, no vse zhe ne darom,
Nash Benyaguev torguet uspeshno,
Samim svezhayshim otbornim tovarom.
Chorus:
Vse tchto tebya kasaetsya,
Tak zhe menya kasaetsya,
I vot opyat’ utchebniy god,
Natchinaetsya!
Nu, gde eshe vi naydete artista,
Chot’ i bez grima, no vse zhe pokatit,
Vselyubskiy SHaya tebya otchen’ bistro,
Mosfil’m na rol’ chot’ kakuyu-to schvatit.
Poostorozhniy s bratvoy iz Samari,
Tchrezvitchayno oni vse bodlivi,
Orenburg Volgograd i Nal’tchik,
Mushesvenno dobavlyayut im sili.
Chorus:
A vot ya vizhu skripatch na krishe,
I potchemu-to igraet on murku,
Navernoe chotchet MIIT tchtob uslishal,
I vizvat’ Dovidu kto-nibud’ durku.
A vot idu ya mimo stolovoy,
I vizhu tam, kak Munarov postitsya,
Kartoshkoy chlebom i kashey perlovoy,
Da v etu notch’ emu tchto-to ne spitsya.
Chorus:
A vot iz mikvi idet dyadya Chaim,
Kak vsegda on dimit papirosoy,
Seytchas pridet on i skazhet Lechami,
Tchtobi otvetit’ na nashi porosi.
V kontze kontzov, Okunev uletaet,
I zabiraet s soboy on i Yashu,
Tchto v tchemodane ego on ne uznaet,
Mi polozhili Zamiralova Sashu.
Gde-to tam pod zaborom bomzh
Gde-to tam pod zaborom valyaetsya bomzh,
On po pravu rozhdeniya evrey,
Net prosveta v sud’be, ni na tchto on ne gozh,
S kazhdim godom vse boley starey.
No nadezhdi lutchom,
Soznan’ya ego golos mami s detskich godov,
Znay sinok ti evrey, bud’ stchastliv obretchen,
I tchto sich evreyskich plodov.
Chorus:
Slishish’ golos v sebe, - eto golos dushi,
V nem i stchast’e tvoe, sleduy za nim.
V sinagogu zaydi, ti tfilin nalozhi,
Sebya obreti, sebya obreti, ti evrey!
Trepanuvshiysya drem, i tuman, i smann,
Nash geroy uzhasnulsya sud’be,
I boley ostatok sobravshiy v kulak,
K sinagoge poplelsya vo mgle.
I tfilin natzepiv, on sili pritok
Oshutil i voskliknul v serdtzach,
Moya mama, kak vse zhe bila ti prava,
O kak dolgo brodil ya vo t’mach.
Chorus:
Slishu golos v sebe, - eto golos dushi,
V nem stchast’e moe, ustremlyayus’ za nim,
V sinagogu zaydu, ya tfilin nalozhit’,
Sebya obretu, sebya obretu, sebya obretu, Ya evrey.
Ya sizhu na beregu
(Ttto: ''Good Buy - Gan Isroel'')
Ya sizhu na beregu,
Sizhu ya tam i obdumivayu.
Tchto so mnoy budet - ne znayu ya,
Otchen’ volnuet menya.
Moy vozhatiy - deystvitel’no drug,
Sovetuet on poyti v yeshivu.
«Slishkom uzh trudno, ne dlya menya»,-
Dumayu ya pro sebya.
Chotelos’ bi mne po-evreyski zhit’,
Bit’ predannim B-gu, i Toru utchit’.
No vsyo natchinat’ po-novomu
Ya prosto ne mogu.
Eto ne sam ti natchinaesh’,
Nashe nasledie ti prodolzhaesh’.
B-g zhe nam sili dayot
Trudnosti pereborot’.
Eto ne sam ti natchinaesh’,
Nashe nasledie ti prodolzhaesh’.
B-g zhe nam sili dayot,
Moshiacha On privedyot.
Yud Shvat
(Ttto: the movie
«Generali pestchanich karyerov»)
V Rossii tzarskoy natchinal bor’bu,
I arestovan bil ne raz,
Za svoy narod otdal on zhizn’ svoyu,
Admor shestoy, Rebe Rayatz,
Evreev mnogich ot pogromov spas,
Evsektziyam davno mozolil glaz.
I snova arest i v Shpalerku uzh mtchat,
Podpisan na verchu rasstrel,
Vzvolnovan mir, evrei vse kritchat,
Tchto za sovetskiy bespredel.
No vdrug zhelezniy zver’ daet otpor,
I otmenyayut strashniy prigovor.
SSSR pokinut’ on reshil,
No ne sdayotsya i togda,
Evreyskim mirom on rukovodil,
Vedya bor’bu iz daleka.
I ne podvodim mi tchertu v Yud Shvat,
A delaem to, tchto velit Chabad.
V drevnosti Eretz Isroel
(Ttto: «Leningrad.ru»)
V drevnosti v Eretz Isroel,
David tehilim napisal,
Stremyas’ k edineniyu s B-gom,
Takie slova on skazal:
Chorus:
Tzomo lecho nafshi,
Koma lecho vsori. /2
Esli tebya kto-to draznit,
Zlo, na nego ne derzhi,
Day emu srazu zhe v zubi,
Nu a konetchno skazhi.
Esli dusha rvetsya k Rebe,
A vizu tebe ne dayut,
Skazhi mi slova dorogie,
Ved’ iz i v posol’stve poymut.
Kogda v tretiy chram vmesti s Rebe,
Evrei s izgnan’ya pridut,
To eti strotchki svyatie,
Kak v drevnosti vmeste spoyut.
Dorogoy Misha
Dorogoy Misha, poslushay menya,
Ya tol’ko lutchshee chotchu dlya tebya,
Evreyu nado bit’ v eshive,
Eto dast emu smisl v svoey zhizne.
Dobrich detey i utchiteley,
Vstretit’ ti tam postaraysya sam,
Dorogoy vozhatiy, ya somnevayus’,
Nesmotrya na moy strach ya vsyo ravno popitayus’.
A seytchas eshiva podchodit k kontzu,
I obratno na utchebniy god ya smotryu,
Stol’ko ya viutchil blagodarya tebe,
I obrezan’e ya sdelal sebe.
Toru i Mitzvoys zdes’ soblyudaem,
Golovu mi kipoy nakrivaem,
I vot ya edu k druz’yam domoy,
No oni ne druzhat so mnoy.
Dorogoy Moshe, day ya rasskazhu,
Dazhe kto znaet vsyu Toru,
Dolzhen svoim druz’yam pokazat’,
Priblizit’ k evreystvu i ne otvergat’.
Ya pribil v lager’
Ya pribil v lager’ odinokim
Ya ne znal, tchto budet so mnoy
Vdaleke ot doma tak dolgo
A vsyo vokrug tak stranno
No s kazhdim dnyom ya zametchal
Evreystvo mne stalo blizko
Molitvi, uroki, pesni i sport
Ya privik k nim otchen’ legko
Teper’ lager’, okontchen
Ya stoyu, i slyozi tekut rekoy
Seytchas ya vozvrashayus’
O kak ne chotchetsya echat’ domoy
No Gan Isroel ti pomog mne stat’ na nogi
I gordost’ priobresti
I proshayas’ s toboy moy lyubimiy lager’
Ya obeshayu tebe i sebe
Druz’ya, vozhatie
Vashi soveti zapomnyu ya navsegda
Toroy, Mitzvoys
Ya chotchu privesti Moshiacha syuda.
Moshiach Blues
Mnogo let nash narod v izgnanii
Mashiaha vse net
Vseh kogo sprosil
Ne mogut dat’ otvet.
Mnogo knig umnich i solidnich
Uspel ya protchitat’
No lish v odnoy iz nih
Otvet nashel.
Chorus:
Kazhdoe resheniye i postupok tvoy
I tvoya pobeda nad Yetzer Horoy:
Perevernet vso vokrug
I dast tebe uvidet’ vdrug
V kontze kontzov ved’ vse zavisit ot tebya.
Kak poletit samolyot,
Na birzge kto uydyot vperyod
Eto reshaet tol’ko lish postupok tvoy.
Kogda Moshiach pridyot
i vsech evreyev soberyot,
i otchuzhdenie granitzi razob’et.
My soberyomsya vse tam,
Otstroim tretiy vetchniy Chram
I voznesem svoi molitvi k nebesam.
Para Domoy
Vot i za oknom purga metet,
Da da pora domoy!
I Petrovitch vsem bilet kupil,
Da da domoy!
Vot opyat’ meshki pakuem mi,
Tchemodani vse veshey polni,
Domoy, domoy pora domoy. / 2 raza.
Chaym Oyzer mne skazal vtchera:
«Nazad ne priezzhay».
No utchit’sya zdes’ chotchu i budu,
Chaim ti tak i znay.
Ya ne znayu gde moya sem’ya,
Doma mama papa ,zdes’ brat’ya,
Domoy, domoy pora domoy. / 2 raza
Pust’ mne govoryat v sem’e,
Ne bez uro da da,
No moya sem’ya Mesivta,
Znayu totchno ya.
Pust’ uedu v gosti ya domoy,
Uezzhayu s polnoy golovoy,
Domoy, domoy pora domoy. / 2 raza.
Priletel ya iz Baku
Priletel ya iz Baku, tchtob utchit’sya zdes’ teper’.
No nayti ya ne mogu gde zhe u Mesivti dver’!
Vse razrito vo dvore, ya idu k dveri bistrey,
Kto zhe, kto zhe skazhet mne kak popast’ tuda skorey!
Chorus:
Mesivta, Lyubavitch skazhite mne adres –
A-Abraztzova A – devyatnatzat’.
Ya utchus’ zdes’ tretiy god, i pover’te net problem,
Salo ne beru ya v rot, tol’ko kosher doma em.
Kipu tzitzis i tfilin odevat’ ya ne stizhus’,
Znayut pust’, tchto ya evrey – atim ya vsegda gorzhus’.
Chorus:
Skoro dembel’.
Skoro dembel’, podarki rodnim kupil,
Na poputke doedu domoy.
Ach, Mesivta ne boysya ya ne zabil tebya,
B-ga tozhe voz’mu ya s soboy.
Ach, kak mamka borsha navarit mne,
I svinoe nakrutit ragu...
Tchto za misli vdrug v moey golove,
Izvini, mama, ya ne mogu…
Chorus:
Da, ya priedu domoy,
Da, ya ostanus’ evrey,
Da, ne vernus’ ya tchuzhoy. / 2 raza.
Patzani ko mne zaydut vetcherom,
I predlozhat poyti zabuchat’.
Ne mogu, tchto mne delat’ netchego,
Na smeshki na ich naplevat’.
Po utru negel vaser sdelayu,
Kriyas shma i Brochoys skazhu,
V sinagogu na shacharis sbegayu,
Chitas Rambam segodnya skazhu.
Chorus:
Mesivta rep
Solnetchniy den’, ya iz mesivti vichozhu,
Ya s tfilinom pod mishkoy na mivtzoim idu.
I ulibka moya, da foru dast lyuboy krasotke,
Moi kavoni protchni kak nastoyashie kolgotki.
Vsyako razno, mikva ne zarazna –
Poka ona tchista okunaysya v neyo!
Vsyako razno, mesivta tak prekrasna,
Ti posmotri na nee!
Mne ne nado govorit’ i ne nado obъyasnyat’,
Tchto v mikvu nado chodit’ i chasidus poseshat’.
I tchto svezhee dichanie oblegtchaet ponimanie,
I tchto tora pyat’ v odnom vas izbavit ot stradaniya!
Menya zovut Rova
(Ttto: «Argentina – Yamayka 5:0)
Menya zovut Rova, Rova Benyaguev,
Ya segodnya zavalil mivchan po krie,
Ya navernoe umru ot rastroystva zheludka,
Ya sil’no ispugan!
Ya vizhu pred soboy ego belie ruki,
Takoy dlinniy nos na volosatom tele,
On privstal s kresla ispepelit’ menya slovom,
Ya zakrivayu glaza.
Chorus:
Kakaya bol’, kakaya bol’,
Vash obraz Reb Chaim – vsegda so mnoy.
Kakaya bol’, kakaya bol’,
Vash obraz Reb Chaim – vsegda so mnoy.
Menya zovut Borya, Borya Fel’dman,
Ya prishel v atu shkolu sovsem nedavno,
No lish’ chimiya, ivrit zanimaet soznanie,
Ya sil’no vzvolnovan.
Ya vizhu pred soboy ego belie ruki,
Takoy dlinniy nos na volosatom tele,
V zubach zazhimaet bilet na Voronezh,
Ya zakrivayu glaza.
Chorus:
Menya zovut Meylech, Meylech Trubitzin,
Ya ne kuryu nitchego slabee Primi,
No tol’ko potchuyav zapach Parlament,
Ya tushu sigaretu.
Ya vizhu pred soboy ego belie ruki,
Takoy dlinniy nos na volosatom tele,
V rukach u nego moi sigareti,
Ya zakrivayu glaza.
Chorus:
Kakaya bol’, kakaya bol’,
Vash obraz Reb Chaim – vsegda so mnoy.
Kakaya bol’, kakaya bol’,
Vash obraz Reb Chaim – zhivoy i zloy.
Baal-Shem-Tov
(Ttoo Y. Lozi: «Plot»)
Temniy les, gde polumrak,
Ne narushit solntza lutch,
Ves’ v grezach i metchtach,
Mal’tchik sirota sidel.
Vzglyadom on okinul les,
Startza – tzadika uvidel,
Golos budto bi s nebes,
V tishine lesnoy zvutchal.
Chorus:
Da, moy drug,
Vse, tchto ti vidish’ vokrug,
Gore i serdtza nedug,
Radost’ i detskiy smech.
Znay vsegda,
Vse, tchto uvidyat glaza,
Vse, tchto uslishish’ vokrug,
Svishe ot B-ga, znay!
Mnogo let proshlo s tech por,
Mal’tchik povzroslel, i viros,
No so startzem razgovor,
V serdtze u nego zvutchal.
Kak-to vstretilis’ oni,
Vmeste v gori udalilis’,
Staretz vse glubini Tori,
Pered yunoshey raskril.
Mivtzoim v Moskve
(Ttto: «Za pivom»)
Ko mne podoshel borodatiy starik,
Kogda ya gulyal po Moskve.
Starinniy tfilin on dostal iz meshka,
I nakrutil na ruku mne.
Vernuvshis’ domoy, ya zabil pro dela,
Mezuzu povesil na dver’.
Iz pasporta starogo ya protchital,
Tchto ya po rozhdeniyu – evrey.
Iz knizhnogo shkafa dostal ya sidur,
Kotoriy ne videl sto let.
I paru zamshelich stranitz prolistnuv,
Nashel ya krasiviy kuplet.
Ani maamin baemuna shleyma,
Bevias Hamoshiach.
Ani maamin baemuna shleyma,
Bevias Hamoshiach.
Tam v eshive odnoy
(Ttto: «Brilliantovaya ruka»:
«Pro zaytzev»)
Tam v eshive odnoy,
Otchen’ svetloy, krasivoy,
Dazhe esli vokrug,
Opadaet listva.
Tam utchili Chumash,
Molodie chasidi,
I pri atom napevali,
Slavnie slova.
A nam chorosho, est’ sidur bol’shoy,
Pod nazvaniem – «Tehilat Hashem»,
Mudr budet tot, kto tri raza v den’,
I otbrosiv len’ molitsya Hashem.
Nado nam chasidam
Nado, nado, nado nam chasidam,
Taniyu revnostno utchit’.
Tchtobi stali v mire vse aidi,
B-gu srados’yu sluzhit’.
A mi vse molimsya, tchitaem Rebe mi,
Sredi Chabada zdes’ nikto ne chmur.
I dazhe solnishku mi skazhem na nebe,
Ti osveshay vsegda rodnoy sidur.
Shabos koydesh
(na motiv pesni iz k/f «Priklyutchenie alektronika»:
«Krilatie katcheli»)
Shabos koydesh i aidi,
Mogut slavno posidet’,
I veselie chasidi,
Natchinayut pesni pet’.
Pozabiti vse zaboti,
Mozhno tol’ko otdichat’.
I priyatney net raboti,
Tchem lechaim podnimat’.
Vzdimaem vzori k Rebe mi,
I ne vedaya pregrad,
Evreyskie napevi,
Zvutchat, zvutchat, zvutchat.
Chabadskie nigunim,
Letyat, letyat, letyat.
Sireneviy tuman
(Na motiv pesni: «Sireneviy Tuman»)
Sireneviy tuman v misrade proplivaet,
Nad Mesivtoy gorit polunotchnaya zvezda.
Reb Chaim ne speshit, Reb Chaim ponimaet,
Eshe odin prokol i uezzhayu ya.
Chorus:
On smotrit mne v glaza i ruku pozhimaet,
Uedu ya na god, a mozhet bit’ na dva,
A mozhet navsegda on druga poteryaet,
Eshe odin prokol i uezzhayu ya.
|
